Новые работы с использованием материала «Не определены»

Люди упаковками закупали медицинские маски и флакончики «антисептика», запасались консервами, макаронами и гигиеническими средствами. Мы перестали обниматься, приветствовать друг друга рукопожатием и вообще приближаться к своим собеседникам. Общественные места закрылись, и нам настойчиво рекомендовали оставаться дома.

Как учительница, я столкнулась с совершенно новым вызовом – проводить уроки онлайн, что казалось тогда чем-то из рода футуристической фантастики. Я не имела представления, как это будет выглядеть, не умела монтировать видео и уставала от бесконечных сообщений в рабочем чате. К тому же именно в тот период неопределенности и страха понадобилась срочная операция моей пожилой маме.

А потом вокруг стали умирать люди… Все члены нашей семьи заболели одновременно. Это был тёмный сезон физической немощи и беспокойства друг о друге.   

Адаптация к необычным реалиям прошла весьма сложно, но успешно. Молитвы о нашем выздоровлении были услышаны. Плюсом была возможность, наконец-то, никуда не спешить и просто проводить драгоценное время вместе.

Я сидела и размышляла о хрупкости человеческой жизни. О неподвластных нам глобальных вещах, которые вмиг могут перевернуть вверх дном то, что усиленно строилось годами. О ценности дружбы и взаимной поддержки в нелегких испытаниях. О важности своевременно произнесённых слов, принятых решений и завершенных дел. О благодати каждого проживаемого дня.

Прохладный ветерок ощущается, как ласковое прикосновение руки кого-то, кто любит без всяких условий. Прозрачное вечернее небо приобретает восхитительный тёмно-синий оттенок, одна за другой зажигаются крохотные серебряные звезды.  Воздух пропитан разнообразными пьянящими ароматами: аппетитного соседского ужина, трав, цветов, созревающих в палисаднике абрикосов и черешни, ароматом заветного вечернего умиротворения. На улицах спокойно и тихо, за исключением играющих допоздна у ворот ребятишек – люди отдыхают, наслаждаясь драгоценными часами свободы от непрерывных дневных хлопот.

Семь лет назад мы купили небольшой домик в частном секторе города и с тех пор радостно проводим в нем каждое лето практически на лоне природы. 

Наше лето – это вожделенные каникулы и отпуск, долгие совместные утра с веселой болтовнёй, море ягод и фруктов, сочные арбузы, национальные прохладительные напитки, шоколадное мороженое, яркие солнечные дни, поездка на любимое озеро и, конечно, незабываемая атмосфера вечеров на даче.  

В одной из любимых песен моей дочери есть такие слова: «Летние вечера нужны, чтобы их вспоминать зимой». И я не тороплю время. Более того, мне хочется поставить его на паузу и в полной мере прожить каждый из подаренных нам тёплых летних вечеров.              

В начальных классах у меня была пожилая строгая учительница советской закалки, которая некогда муштровала мою десятилетнюю маму. Мальчики-шалунишки немедленно оказывались стоящими в углу за какие-нибудь дурацкие выходки.  Оскорбительные слова и физическое насилие тут не практиковались. У меня выработался красивый почерк и умение вести себя благопристойно. 

Новый литератор в пятом классе произвела на меня такое неизгладимое впечатление, что в произведения русских классиков я влюбилась однажды и на всю жизнь. Диктанты, изложения и сочинения приносили мне не меньше удовольствия, чем нечастые в те времена просмотры мультфильмов по телевизору.

Отдельным добрым словом следует упомянуть преподавательницу физики и математики в Германии, когда пять нескончаемых по моим тогдашним ощущениям месяцев я училась в шестом классе частной христианской школы в Северном Рейн-Вестфалии. Эта отличавшаяся скромностью женщина была родом из Казахстана и, умилосердившись над моим незнанием немецкого языка, в качестве исключения, разрешила мне писать контрольные работы по данным предметам на русском. Мягкий тон ее голоса умиротворял одинокую душу одиннадцатилетнего ребенка, вынужденного сидеть за партой вдали от привычного окружения. 

«Твое пение похоже на завывание расстроенного граммофона», - прокомментировала однажды мои вокальные способности музыкальный руководитель. В связи с этим практически перед каждым уроком сольфеджио у меня неожиданно «заболевало горло», что позволяло ограничиться письменными упражнениями. Педагог по классу фортепиано могла раздраженно ударить по пальцам, если я разочаровывала ее при пиликании очередного этюда. Моим ответом был откровенный протест и отказ в принципе выполнять домашние задания в течение определенного периода. Оазис представляла собой музыкальная литература. Молодая спокойная учительница с вдохновением рассказывала нам биографии великих композиторов, ставила пластинки с их произведениями и придумывала интересные творческие работы. Как я в результате отношусь к музыке? Хорошо. Обожаю слушать талантливых исполнителей, но испытываю неуверенность во время собственной игры и не решаюсь петь соло.

В последние годы учебы моим классным руководителем была собственная мама. Конечно, успеваемость пребывала под неусыпным контролем, но такое положение вещей негативно отразилась на отношениях с одноклассниками, у которых появился страх поведать мне что-то лишнее.

Важную роль в моей судьбе сыграла репетитор немецкого языка, вложившая в меня массу энергии и времени в одиннадцатом классе. Благодаря переданным ею знаниям мне удалось поступить на бюджет в один из лучших университетов страны и получить отличное образование.

Пришел мой черед. Теперь я стою у доски с указкой в руке и несу ответственность за влияние своих слов и поступков на будущее наблюдающих за мной школьников. 

В последние годы наш район стремительно меняется. Слева от главной площади, на месте заросшей березовой рощицы, разбит новый современный парк с симпатичными скамейками и выложенными брусчаткой ухоженными извилистыми дорожками. Впереди активно строится элитная девятиэтажка с резными балконами и интересно сконструированной шоколадно-коричневой крышей. В отремонтированном здании советского универмага расположился один из частных банков. В центре, словно гигантский гриб после дождя, вырос уютный кинотеатр. Церковь подарила городу широкую игровую площадку с замысловатыми горками, качелями и детским бассейном – ребятишки восторженно оккупировали ее, наполнив воздух веселыми возгласами и беззаботным заливистым смехом.           

В этом городке родилась я, и повзрослели мои дети. Периодически, наблюдая за осуществляющимся тут очередным архитектурным проектом, мы скучаем по прошлому – по одинокому пустырю, где когда-то жили суслики, по открытому школьному стадиону, на турниках и беговой дорожке которого проходили наши свободные летние вечера, по не выдержавшему конкуренции и закрывшемуся полутемному кафе в деревенском стиле, продуманный интерьер которого остался только на фотографиях.

Воспоминания о любимых местах и совместно проведенных здесь часах будут бережно храниться в нашей памяти и семейных альбомах. Однако жизнь – это движение, а не водоем со стоячей водой. Стройки, ремонтные работы, открытие бизнеса, развитие детей, выпускные баллы, презентации дипломных работ, юбилеи представляют собой разноликое содержание человеческой действительности. Приходится выбирать – идти в ногу с лихо преображающимся миром или закоснеть в тоске по ушедшим в небытие старым добрым временам.  

В начинающуюся среду я беру с собой благодарность за пятнадцать тысяч прожитых дней с их бесценными уроками, доверие Тому, Кто сегодня вновь повелел взойти над нашим краем золотистому мартовскому солнцу, и светлую, окрыляющую надежду на неведомую будущность.  

Проходя через тихий городской сквер, я наблюдаю интересную картину: беспокойная синичка шустро добывает среди тонких травинок и сухих остатков прошлогодней листвы пищу и усердно кладет ее в клюв неотступно следующего за ней выросшего птенца. Причем тот даже не пытается опустить головку и поискать аппетитный кусочек на земле самостоятельно. Внешне птицы выглядят совершенно одинаковыми взрослыми особями. Несколько минут я ещё любуюсь ими, затем продолжаю шагать по тенистой аллейке, думая о нас, людях, копирующих порой поведение животных и птиц.     

В нашем университете была военная кафедра для юношей, а мы, девочки, изучали основы медицины. Пары проводились по понедельникам в одном из корпусов мединститута. Преподаватель-врач нудно рассказывал о всяческих болезнях и способах их профилактики, слушал наши доклады и, по-видимому, тяготился проводимыми с нами часами. Предложенный им поход в морг был воспринят с интересом, нам хотелось хоть какой-то новизны, и по неопытности мы представляли себе предстоящую экскурсию, как посещение ботанического сада или исторического музея. Думаю, затеяв данное мероприятие, доктор мог бы сопроводить нас и объяснить какие-то вещи на месте. Вряд ли психика девятнадцатилетних студенток гуманитарного факультета была достаточно подготовленной для того, с чем мы столкнулись. Однако, проникнув с нами в мрачное подвальное помещение и перекинувшись парой фраз с работниками морга, преподаватель мгновенно скрылся из виду, словно опаздывающий куда-то родитель, который доставил детей до детского сада.

Неухоженная женщина лет пятидесяти осуществляла процедуру вскрытия трёх новорожденных, умерших в первые сутки после рождения. Моей одногруппнице стало нехорошо.

Я увидела крошечное сердце, печень и желеобразный человеческий мозг. После взятия образцов тканей на анализы, животики и головки были наскоро зашиты, и мы вышли на свежий воздух. Вокруг пышно и радостно зеленела весна. По приспособившимся к тусклому свету глазам задорно ударило солнце.

В то утро кто-то горячо оплакивал своих детей. Мы сочувствовали скорби незнакомых людей. Но самое яркое воспоминание о них вспыхнуло в моей душе тогда, когда я стала матерью.

И намерения-то были исключительно благими. Но результат оказался незавидным. Так бывает и с навязчивыми советами, которые могут звучать от чистого сердца, а порой означают: «Я лучше знаю, как тебе жить» - советчик сознательно или невольно превозносится над собеседником.

Особенно режет слух фраза «Я бы на твоем месте …». Уверена: у каждого из нас есть своё уникальное место на земном шаре и немалая доля ответственности конкретно за это место.

Помощь поистине драгоценна, когда она своевременна и желанна.