Страна Мастеров – сайт о прикладном творчестве для детей и взрослых: поделки из различных материалов своими руками, мастер-классы, конкурсы.

Новые работы в разделе «Словотворие»

Слово — основная единица языка. Творение это — произведение, результат творчества, сочинение. Словотворие — система  словообразования, ибо она учит сотворять слова. Слово имеет несколько значений. Первое — звуковое. Какую роль в жизни человечества играет язык, на котором мы общаемся, как он был создан и какое воздействие оказывают произнесённые нами слова?! Именно с помощью произнесённых нами слов мы строим своё личное пространство или свою реальность на основе закона «Подобное притягивает подобное». Второе значение слова — графическое. Это письменный язык. И начинается он, конечно, с букв. Вы читаете и понимаете, о чём  говорит автор. Третье значение слова — смысловое. Оно связанно с внутренней речью. Мысль! Вот с неё-то всё и начинается! Чтобы слово сотворить, вначале надо увидеть образ, осознать внутреннее  воздействие и привязать к конкретному обозначению в виде звуков-слов. Словотворие — это творчество, в результате которого получается литературные произведения: рассказы, стихи, сказки, репортажи, размышления…

 

Лиза зашла в комнату и огляделась. Ей повезло, в общежитии ее вселили в двухместную комнату, маленькую, но чистенькую. Пока вещи из сумки доставала, в двери заглянула девушка:
- А меня к тебе подселяют, - громко заявила она.
-Так заходи, я не кусаюсь, - ответила ей со смехом Лиза, - ты тоже на психолога поступать будешь?
- Нет, - гордо ответила новенькая, - на иностранные. Я английский в совершенстве знаю!
Лиза украдкой усмехнулась, но ничего не сказала.
Таня, так звали соседку, тоже, как и Лиза, приехала поступать в Университет из небольшого поселка другой области. Но с первого же дня считала себя городской и была абсолютно уверена, что сможет поступить. Лиза же реально оценивала свои провинциальные познания, но все же надеялась на удачу, она помнила, чего стоило уговорить маму отпустить ее учиться в большой город. Мама очень боялась, что Лизу сразу кинутся соблазнять городские парни, потому что дочь выросла очень красивая и скромная.
- Вот таких как ты, умниц, да красавиц, и обманывают мужчины, тешатся, пока не надоест, и бросают, - говорила мама, капая валерьянку в стакан.
А Лиза улыбалась и обещала, что ни с кем знакомиться не будет, и думать будет только об учебе.
 К вечеру, подружившиеся за день девчонки, решили погулять по городу, осмотреться. Принарядились, подкрасились и, довольные, что идут самостоятельно гулять по улицам большого города, вышли из общежития.
В том, 1986 году, лето стояло очень жаркое. Вот и решили девчата прогуляться по набережной. На небольшом пляже играли в мяч трое мальчишек. Им было так весело, что Лиза и Таня даже засмотрелись на них. Вокруг мальчиков бегал и звонко лаял небольшой щенок, ему тоже очень хотелось поймать мяч. Но тут мальчики бросили игру и побежали к воде.
 Они весело плескались, потом один мальчик поплыл к другому берегу реки, щенок, до этого бегавший по берегу, тоже прыгнул в воду и поплыл за тем мальчиком, видимо, своим хозяином. Мальчишка этого не видел, проплыв довольно далеко, он нырнул, а потом повернул обратно, так и не заметив своего питомца. Когда он, уставший, уже подплыл к берегу, друзья показали на щенка, который был еще очень далеко и уже не мог плыть. Ни у кого из мальчишек уже не было сил на спасение, они кричали щенку, чтобы он продолжал плыть, а маленький хозяин его просто громко плакал. Лиза и Таня не заметили, откуда прибежали двое парней лет двадцати. Один из них, темноволосый, быстро скинул обувь и прямо в одежде прыгнул в воду. Через несколько минут плачущему мальчишке был торжественно вручен мокрый, но счастливый щенок. А молодые люди отошли в сторону, чтобы выжать футболку и шорты спасителя, и заметили девушек. Засмеялись и помахали им, Лиза засмущалась, а Таня смело послала им воздушный поцелуй.
Через пару минут парни подошли к девушкам.
- Надеюсь, вы из газеты, милые дамы? – пафосно спросил светленький, - Ведь кто-то должен рассказать миру о героическом поступке моего друга Володи! Меня кстати, зовут Димой.
- Увы, Дмитрий, that's not so, это не так, - блеснула своими знаниями Таня, а Дима мягко взял ее под руку и отвел чуть в сторону:
- А расскажите мне, как в такой хорошенькой головке помещаются такие познания английского языка?
Таня и Дима увлеклись разговором, а Володя смущенно смотрел на Лизу и молчал. Когда она встретилась с ним взглядом, то почувствовала, как у нее быстро-быстро заколотилось сердце. Что это с ней? Лизе даже стало неловко и она тихо спросила, просто, чтоб замять паузу:
- Вы так любите животных?
- А разве их можно не любить? – ответил Володя красивым низким голосом, - Когда я был маленький, меня спас наш пес, Мухтар, я провалился под лед, а он меня вытащил, потом я долго болел, так он часто сидел около моей кровати, положив на нее свою голову, и смотрел на меня, словно подбадривая. Его уже давно нет, но я его никогда не забуду.
Лиза слушала Володю и не могла отвести взгляд от его глаз. Одна мысль билась у нее в голове: «Зачем я тебя встретила?» Лиза до сих пор ни с кем не встречалась, она жалела своих влюбчивых подруг и думала, что сама никогда не сможет полюбить. А сейчас ей стало страшно, она понимала, что с этой минуты будет думать только о Володе, его голосе и красивых синих глазах.
- Таня, пойдем, уже темнеет, - резко повернулась она к подруге и потянула ее за руку.
- Лизка, ты чего? – обиженно спросила Таня, когда они уже ушли с набережной, - Такие классные ребята, между прочим, живут здесь, в городе, а учатся на третьем курсе физмата в нашем Университете.
Лиза ничего не отвечала, она боялась расплакаться.
 На другой день девчонки старательно готовились к первому экзамену,  перечитывали привезенные с собой учебники, конспекты, пока кто-то не постучал в их дверь. Таня хитро посмотрела на соседку и крикнула:
- Заходите, не заперто.
Когда в распахнувшиеся двери зашли Дима и Володя, Лиза замерла, не смея вдохнуть. Она всю ночь вспоминала симпатичного, добродушного парня с взглядом, от которого невозможно оторваться. Лиза очень боялась встретиться с ним снова и очень этого хотела.
Таня с Димой о чем-то сразу разговорились, засмеялись, а Володя просто стоял и внимательно смотрел на Лизу.
- Я не смог не прийти, - тихо сказал он, - Если бы Димка не узнал у Тани, где вы живете, я бы весь город перерыл, но все равно нашел бы тебя. Пойдем, погуляем, пожалуйста.
 Лиза ничего не ответила, только счастливо улыбнулась и протянула Володе руку.
Таня провалила третий экзамен, нисколько не расстроилась и уехала домой. Лиза тоже не поступила в университет, она неплохо сдала экзамены, но не прошла по баллам. Когда она увидела, что ее нет в списках зачисленных, она заплакала, но не от того, что не будет учиться, а от того, что ей придется вернуться домой, где нет ее любимого Володи.
- Лиза, милая, может, ты останешься? Скоро тебе исполниться восемнадцать и мы распишемся. А пока найдем тебе работу, ну и жилье подыщем, - уговаривал ее Володя.
 Лиза вытерла слезы и быстро закивала головой, да, она именно так и поступит! Не откладывая, они побежали на переговорный пункт и девушка позвонила домой. Мама, когда услышала, что ей говорит дочь, была в ужасе! Мало того, что Лиза плохо сдала экзамены, так еще и позволила вскружить себе голову какому-то городскому повесе. А теперь она хочет остаться с ним, без свадьбы и без маминого надзора? Никогда такого не будет! В конце разговора мама застонала и громко попросила отца вызвать Скорую. А Лизе велела срочно возвращаться, если хочет увидеть мать живой.
- Любимая, я окончу университет и приеду за тобой, ты только дождись меня, пожалуйста! Я буду тебе писать, часто. Что бы ни случилось, никому не верь, знай, что я приеду, и мы больше не расстанемся.
Лиза стояла в дверях вагона и кивала головой. Как ей хотелось, чтобы это было правдой! Поезд тронулся, а она все стояла в тамбуре и плакала.
 Когда пришло первое письмо от Володи, Лиза была счастлива, он писал такие нежные слова, обещал ни на кого даже не смотреть, думать только о ней, любимой, что она поверила, он приедет! Ведь он ее так сильно любит.
Но это письмо оказалось единственным. Сколько ни спрашивала Лиза у тети Вали, почтальонши, нет ли ей письма, та отводила глаза и качала головой. Лиза сначала писала Володе, потом перестала. Она поступила в местное педучилище и постаралась забыть о своей неудавшейся первой любви. Теперь она верила маме, что городские могут только обманывать.
Прошло два года. В один из июльских дней Лиза вышла во двор развесить постиранное белье. Вдруг она увидела, как к их калитке подошел какой-то молодой человек. Лиза с удивлением узнала в нем Диму. Она подбежала к нему, распахнула калитку и, увидев его серьезное лицо, с испугом спросила:
- Что-то случилось с Володей? Почему приехал ты?
- А ты разве его не забыла? – с ухмылкой спросил ее в ответ Дима, - Писать перестала, может, уже и замуж вышла?
- Я перестала?! - удивилась Лиза, - Он мне только одно письмо написал и пропал! Ты не представляешь, как мне обидно и  горько было вспоминать его обещания! Я до сих пор стараюсь придумать его молчанию уважительную причину! Дима, скажи, что с ним? – чуть не плача воскликнула Лиза.
 Но Дима молчал и смотрел куда- то вдаль, через Лизино плечо. Лиза почувствовала, как мурашки побежали по ее спине, она оглянулась и увидела Володю, который бежал к ней.
Как ни противилась мама отъезду дочери, но та настояла на своем. К тому же маме пришлось признаться, что это она подговорила тетю Валю прятать все письма от Володи. А отец, познакомившись с ним, просто сказал:
- Я тебе верю. Только береги ее, она у нас одна.
- У меня тоже, - улыбнулся Володя и крепко пожал отцу Лизы руку.
Наше время.
- Бабуль, деда, мама вам пирог передала, горячий еще! – закричал с порога Санька.
- Ох и хитрюга, - засмеялся Владимир Петрович, - слышь, Лизонька, внук нам пирог принес, наверно, тройку по физике исправить хочет!
Лиза вышла из комнаты и ласково обняла Саньку:
- У тебя очень строгий дед! – потом притянула к себе Володю и, обняв обоих, улыбнулась: - И счастливая бабушка!

Городской.
Словотворие
3

Те, кто в советское время работал на Севере, никогда не забудет эти трудные, но счастливые годы! Такой дружбы, взаимовыручки и бескорыстности, наверно, нигде больше нельзя было найти. А еще это верные друзья и память на всю жизнь!
Лето в тот год выдалось теплое, даже жаркое по северным меркам. По вечерам все жители маленького нефтяного городка спешили на озеро, искупаться в чистейшей воде, пока она такая теплая, конечно, если глубоко не нырять. Вот и Айдар ехал на своем стареньком КрАЗе и мечтал, как запрыгнет после работы в освежающую чистую водичку, поплавает, да вспоминал, как в Казани с Динарой, его невестой, ходили купаться на Волгу. Вспомнив Динару, Айдар приуныл. Хорошая девчонка, красивая, умная, в институте учится, только не чувствовал он в ней ту, рядом с которой от радости петь хочется, не трепетало у него, глядя на нее, сердце, дух не перехватывало. Но их  родители были близкими друзьями и еще с детства договорились поженить своих детей. Айдар с Динарой выросли бок о бок, он был старше на шесть лет и очень ее любил, но скорее как младшую сестренку, чем невесту. Сама девушка ничего против их свадьбы не имела, или, может, просто родителям перечить не смела, а он только и думал, как убедить родителей отказаться от этой идеи. Через месяц у него отпуск, вот и нужно все решить.
 Айдар придумывал вескую причину увильнуть от свадьбы и вдруг увидел на дороге ЗИЛ с поднятым капотом и невысокого худенького паренька в большой кепке и рабочем комбинезоне, что-то высматривающего в железном чреве. И, похоже, ничего в увиденном не понимающего.
- Заглох? – спросил Айдар, когда остановился и подошел к пареньку, отодвинул его в сторону, потрогал провод на свече, - Ну, братишка , ты даешь, это ж проще простого!
- Чи ни умник, и зовсим не треба мне твоя пидмога, я бы и сама разобралася, - вдруг девичим голосом обиженно пробормотал «паренек».
 Айдар удивленно посмотрел на шофера ЗИЛа и даже зачем-то снял со своей головы кепку. Его непослушные волнистые волосы упали на глаза, девчонка это увидела и вдруг звонко рассмеялась:
- Вроде татарин, а чуб, як у моего дядьки Мыколы!
- Меня, между прочим, зовут Айдар, а это по-татарски «большой чуб», так что мне это по статусу полагается, - Айдар говорил, вроде как обиженно, но ему очень понравилась эта пигалица в мужском комбинезоне.
- А мене Владой зовут, - нисколько не смущаясь обиженного тона Айдара задорно ответила девушка, - Ладно, дякую, ну, спасибо, то есть.  А ты где работаешь?
Слово за слово, так разговорились Айдар и Влада, что опомнились только тогда, когда Айдара товарищ окликнул, проезжавший мимо.
- Влада, поедем сегодня вместе на озеро? Пожалуйста, - Айдар так жалобно посмотрел на девчонку, что она махнула рукой и засмущалась:
- Ой, не гляди ты на мене так, ведь растаю, як конфетка.
Он не мог дождаться вечера, думал только о Владе, ему нравилось в ней все: голос, рыжеватые волосы, тоненькая фигурка и, главное, эта необычная манера говорить: смешливо и ласково одновременно.
С того дня они были вместе каждый вечер. Хорошо, их общежития находились неподалеку. Им было легко и просто вместе, как то быстро перезнакомились со всеми друзьями друг друга, и вскоре никто бы не подумал, что они встретились всего неделю назад. Все с улыбкой смотрели на эту необычную пару: степенный татарин и бойкая смешливая хохлушка, но никто бы не сказал, что они не подходят друг дружке, наоборот, все радовались за них. Только один человек, Гена Баранов, невзлюбил Айдара. Гена только собрался сделать предложение Владе, как появился этот татарин.  И принесла ж его нелегкая! Гена знал, конечно, что Влада его не любит, но все же надеялся. А теперь он ясно видел, что теряет невесту.
Наступило время Айдару ехать в отпуск. Трудно было расставаться, но он твердо пообещал Владе, съездить, поговорить с родителями и вскоре вернуться. Даже взял обратный билет и показал девушке, когда вернется назад.
- Владушка, милая,я с поезда сразу к тебе. И никуда больше без тебя не поеду.
 Но не так то просто оказалось объяснить родителям, что встретил он свою любимую, ту, от которой дух захватывает, когда смотришь в ее зеленые глаза. Ту, которая ждет его, часы считает до его возвращения. И он ее не обманет. Мама молчала, украдкой вытирая слезы, а отец  метал гром и молнии. Долго кричал, а потом вдруг успокоился. Айдар не понял, почему притих отец, но обрадовался. С Динарой разговор на удивление оказался легким, оказывается, она давно любит другого парня, своего одноклассника и очень рада, что Айдар нашел свое счастье.
 Пришло время ему уезжать обратно, но тут выяснилось, что исчез его паспорт с билетом. Айдар все обыскал, спрашивал у родителей, но впустую. Мать тихо плакала, а отец молчал, качая головой.
Вечером, в день приезда Айдара, Влада сварила борщ, нажарила котлет, чтобы накормить любимого с дороги, и поглядывала на часы. Вот пришел поезд, скоро Айдар доберется до ее общежития и … Как же она соскучилась! Но прошел час, другой, она позвонила в его общежитие и ей ответили, что он не приехал. Влада решила, что родители все же настояли на своем и Айдар сейчас спокойно готовится к свадьбе, забыв про нее.  Всю ночь она от отчаяния проревела в подушку, сжимая в руке фотографию любимого.
Вечером на другой день пришел Гена. Он очень старался ободрить девушку, успокоить ее, развеселить. Влада не стала его прогонять. И даже не отказалась выйти за него замуж. Правда, и не согласилась, но это пока. Гена был счастлив!
Прошла неделя. Влада пришла вечером с работы, присела, грустная, на кровать и по привычке взяла в руки фотографию Айдара, так и застал ее сам Айдар, вбежавший в ее комнату, подхватил ее на руки и так крепко обнял, что она взвизгнула.
Влада вырвалась из его рук, обиженно отвернулась, но Айдар рассказал, почему не смог вовремя приехать. Рассказал, что хотел восстановить паспорт, но по-мужски поговорил с отцом,  и отец все же оттаял, вернул сыну документы. И самое главное, он с матерью обещал приехать к ним на свадьбу! А Владе Айдар посылал телеграмму, разве не получала?
В дверях, от радости не до конца закрытых Айдаром, стоял Гена и смотрел, как тот ласково гладит Владу по волосам, а она преданно и счастливо смотрит ему в глаза, подняв голову вверх. Гена вздрогнул, услышав про телеграмму, потом горько вздохнул, тихо прикрыл дверь и ушел.
Свадебные столы поставили в красной комнате общежития. Гостей было много, как на всех северных свадьбах. Родители жениха и невесты сразу понравились друг другу и нисколько не жалели, что породнились. Гену тоже пригласили, и он пришел, но не один, а с девушкой, очень похожей, почему-то на невесту.

Хохлушка и татарин.
Словотворие
7

Однажды, после очередной ссоры со любимым, я спросила у своей бабушки:
- Скажи, а во времена твоей молодости, кто был честнее в отношениях, парни или девушки?
Бабушка грустно улыбнулась, помолчала и сказала:
-Давай я тебе расскажу историю одной девушки, Анны.
-Ее звали так же, как тебя? – спросила я, а бабушка погладила меня по голове и продолжила:
- Анна была очень красивая, высокая, стройная. В школе училась почти на «отлично», участвовала во всех концертах, организовывала всякие мероприятия. Ее все любили, но немного побаивались, строгая она была, правильная. Ни себе, ни другим поблажки не делала. Поэтому и звали ее не иначе, как Анной. Это она в маму свою пошла, та работала главбухом в совхозе, но ее все больше, чем директора боялись, и дома никому спуску не давала, слово мамы никто и не думал обсуждать, себе дороже выходило.
Только с одним человеком Анна становилась, словно маленькая девочка, ласковая и послушная.  Со Степой Беляевым. Любила она его больше жизни. Степа и Анна встречались с восьмого класса. Всегда вместе, почти целыми днями. Сидели за одной партой, вместе вели комсомольские собрания, даже картошку дома вместе копали, родителям помогали.
Все односельчане были уверены, что они поженятся, и ничто не сможет их разлучить. Только вот Степе пришло время идти в Армию. Обычное дело, два года разлуки, конечно, не две недели, но Анна готова была ради будущего и больше вытерпеть.
Проводы веселые получились, друзья пели, плясали, только родители да Анна грустили. Ушли от гостей Степа с Анной, целовались на лавочке и обещали друг другу письма писать каждый день, фотокарточки присылать, и ни на кого не смотреть, сохранить любовь до встречи, а там и свадьбу сыграют.
 И потекло время ручейком, медленно, тоскливо. Анна почти каждый день писала Степе, он сначала тоже часто отвечал, потом написал, что времени не хватает, пусть не обижается, но так часто писать он не может. Анна все понимала, не обижалась, сама с головой ушла в учебу, она училась в техникуме на бухгалтера, хорошо недалеко было ездить, в райцентр. Вечерами дома сидела, книжки читала, представляла Степу то Эдмоном Дантесом, то д*Артаньяном, а себя то Мерседес, то Констанцией, и ждала. Через год Степа приезжал на недельку в отпуск,  возмужавший, красивый и немного чужой. Но Анна была счастлива повидаться с милым и ничего плохого не заметила. Прошел еще год. Последний месяц Степа не писал совсем, Анна решила, что он хочет сделать ей сюрприз и не могла дождаться его приезда. Но…вдруг она узнает, что Степа уже приехал. Уже пару дней назад. Анна ничего не могла понять, почему он не прибежал к ней сразу, с дороги? Ведь целый год не виделись! Анна весь день после известия стояла у окна и смотрела на калитку, боялась пропустить его приход. Даже на занятия не поехала, первый раз в жизни прогуляла. Пойти же самой к нему домой она не могла, ей не позволяла гордость, да и мать бы не пустила. Через три дня, наверно, самых тяжелых в ее жизни, Анна узнала от подруги, что Степа женится. На Тане Смолиной. Таня тоже тогда проводила своего парня, Игоря, в Армию, но оказалось, что писала письма не только ему, а и Степе. Так, в письмах, они и договорились пожениться.
Анна не нашла в себе силы поговорить со Степой. Она очень боялась даже встретиться с ним, посмотреть ему в глаза, боялась увидеть там правду. Горькую, страшную правду о том,  что он ее разлюбил.
Но однажды к ней подошел Игорь, бывший парень Тани, он тоже уже вернулся и был раздавлен предательством своей девушки. Подошел и горько усмехнувшись, спросил:
- Что, Анна, может, и мы с тобой поженимся? Как наши изменщики.
Анна посмотрела в глаза Игорю таким взглядом, что он даже отшатнулся:
- Да пошутил я. Думал, мы поймем друг друга, - и ушел.
А Анна заплакала, впервые после возвращения Степы. Она поняла, что уже ничего не сможет вернуть назад.
 Прошло несколько лет, Анна работала в совхозе бухгалтером. О замужестве не думала, да и на мужчин то совсем не смотрела. Вернее, смотрела на них так, что никто и не помышлял ее замуж позвать. Таня родила Степану мальчика и девочку. Сам он работал шофером, бывало и в бухгалтерию заходил, с Анной встречался. Но так и не мог ей прямо в глаза смотреть, все время взгляд в сторону отводил.
И тут загудело село. Анна беременная! Как?! Анна?! Эта правильная, строгая женщина? Кого только не приписывали в отцы ее ребенку, и командировочного инженера, и директора птицефабрики, и городского неизвестного жениха. Но Анна никому не проговорилась, даже родителям. Сказала твердо: « Это мой ребенок! Только мой!» И родила здорового, красивого сына Никиту, очень похожего на нее саму. Село погудело и затихло.
Никитка рос, окруженный заботой и любовью Анны и ее родителей.  На вопросы о папе, она ему отвечала одинаково: « Придет время, узнаешь, сынок». И загадочно улыбалась.
Степан с семьей переехали в районный центр, им там квартиру дали. Анна жила, отдавая все свое время и душу сыну. Никита платил ей тем же, хоть и нелегкий был у его мамы характер, он смог его хоть немного, но смягчить.
Прошло несколько лет, Анна уже работала вместо матери главным бухгалтером. Сын хорошо учился, дома помогал, жили они спокойно и размеренно, пока…
-Анна, что я узнала! – зашептала ей в ухо однажды утром на работе Раечка, их уборщица, - Говорят, твоего Степку Танька бросила, детей забрала и к любовнику на Север уехала! А Степка пить начал, его даже с работы выгнать хотят!
Анна медленно обвела взглядом бухгалтерию, что-то сказала, вроде:
- Девочки, я в город по делам, - взяла служебную машину и назвала водителю адрес Степана.
Когда она зашла в квартиру, то увидела спящего на диване Степку и двух мужиков, помятого вида, которые сидели за столом на кухне. Перед ними стояла начатая бутылка.
- А ну кыш отсюда, - сказала Анна таким тоном, что гости даже не подумали возмутиться.
Один только пискнул:
-А Вы кто, мадам?
- Жена! – тихо, но грозно ответила Анна. Увидела вопрос в глазах и добавила: - Настоящая.
Гости испарились вместе с бутылкой, а Анна смочила полотенце и приложила его на лоб Степе. Он застонал и открыл глаза. Увидел Анну и резко сел, опять застонав.
- Лежи, Степа. Зачем пить надумал? Знаешь, что спиртное совсем не переносишь, а туда же.
- Дурак потому что. Тебе жизнь сломал, свою по кривой построил, вот и наказанье мне. Решил построить счастье на предательстве. А оно зыбким, как болото оказалось. Да ладно Танька уехала, невелика потеря, но дети! Как я один жить буду?
- Не будешь ты один. Я тогда из гордости не стала за свое счастье бороться, презирала тебя за измену, но любить не перестала. Я до сих пор тебя очень люблю. И никому больше не отдам! Поедем со мной, возьмешь пока отпуск, а там решим, как дальше жить.
- А что ты сыну скажешь, кого в дом привела? – грустно спросил Степан.
- Отца его привела, скажу. Папку родного, которого он так долго ждал.
- Но это же неправда.
- Это правда, Степочка. Помнишь, свадьбу у Долгиных? Таня твоя раньше тогда ушла, дети то маленькие еще у вас были. А тебя Роман уговорил самогонки выпить, ну тебе и хватило. Качать тебя начало, стал падать, вот я и решила тебя домой отвести. Знала, как на тебя спиртное действует. Да вот только задержались мы по дороге. Ты утром и не вспомнил ни о чем, и не знал, какой мне подарок драгоценный подарил. Как Никитка родился, я тебя тогда и простила, совсем. И еще я знала, что мы все-равно хоть когда-нибудь, но будем вместе.
- Анечка, а ты не боишься, что я тебя опять предам?
- Степочка, милый, не боюсь. Я тебе этого просто не позволю!...
- Бабуль, ты это про себя рассказала, про дедушку и папу? – осторожно спросила я, а бабушка хитро улыбнулась:
- Может и про нас. Ты только запомни, любой может ошибиться, главное не потерять любовь. И суметь простить, - она подошла к окошку и с нежностью в глазах посмотрела на мужа, нашего любимого деда Степу, который, что-то напевая, собирал в ведерко спелую вишню.

 

Хоть когда-нибудь
Словотворие
3

Смотрю я на свою внучку, на ее неуклюжую походку, на то, как она нежно поглаживает свой большуший живот и улыбаюсь, представляя, что скоро меня назовут уже прабабушкой, и, припоминая, как сама ждала появление на свет своей дочери, ее мамы.  Мне тогда было всего двадцать два года...
Какое счастье проснуться солнечным летним утром, понежиться, сладко потянуться. Муж уже ушел на работу, ласково поцеловав меня перед уходом, малыш в животе лениво пошевелился и, видимо, продолжил спать. Рожать мне еще рано, чувствовала я себя замечательно, поэтому решила затеять большую постирушку. Тогда,  в начале 80-х, стиральные машинки были еще не автоматы, но мне муж купил по тем временам «крутую», с центрифугой.
Я оперлась рукой о край кровати и, кряхтя, поднялась. Вот, вроде, и нет в родне у нас двойняшек, а у меня явно там двое. Живот просто огроменный. Лида, наша гинекологша, говорит, что сердечко одно бьется. Может, она глухая. Ну, ничего, скоро узнаем точно.
Тут одному бы имя придумать. Муж, Сергей, настаивает, что если будет дочка, то Катя. Но я это имя без смеха даже вспоминать не могу.
Дело в том, что, когда мне было еще лет десять, была у нас коза, Катька. Хорошая козочка, молочная, спокойная. Но однажды летом привязала ее мама пастись на горке, что за нашим селом. А вечерком решили мы все вместе прогуляться, и Катьку заодно забрать. Папа с мамой впереди идут, я позади ромашки собираю, с мамой хотели потом веночки сплести. Поднялись на горку, папа наклонился, чтоб  веревку развязать, которой коза привязана, да видно неудачно повернулся и, охнув, за спину схватился. У него бывало иногда такое. Настроение, враз, у всех упало, папа, так толком и не разогнувшись, кряхтя и держась за спину, пошел вниз по склону. Мама сама козу отвязала, а та, от радости, что за ней  хозяева полным составом явились, как рванула от мамы и галопом вниз, а тут папа на пути, да еще и в такой позе. Ну не удержалась Катька! И на полном ходу как поддаст!
Папа несколько шагов с ускорением пробежал, не упал, потом как заорет на козу, какую-то палку поднял и за ней! Папа бежит, русский фольклор вспоминает, а мама вслед хохочет, кричит:
- Дима, ты бежишь!
Папа сначала не понял, а потом дошло до него, что спина-то не болит, он может свободно двигаться. Палку бросил и давай сам хохотать! Коза прощена была, даже морковку дома получила, но имя это я так и не могу без смеха вспоминать.
А Вера, соседка, что в кумушки набивается, все уговаривает Валей назвать, говорит и девочке можно, и мальчику. Вот и хожу я все, думаю.
Залила я в машинку горячей воды, ведерко, второе, не успела белье закинуть, чувствую, не получилась у меня сегодня стирка. Живот в камень превратился, да как схватит!
- Вера! - заорала я, хорошо, машинку мне Сережа на улицу вынес, не в доме же летом стирать.
 Соседка по случаю отпуска была дома, меня услыхала, мигом прибежала.
- Так тебе ж рано еще, Томочка! – потом ведро около машинки увидала и руками всплеснула, - Ох, беда! Девки то наши в родильном еще ремонт не доделали, сегодня только пол красить собирались! А в город не успеем! Ну ничего, поехали к нашим, примут у тебя ребеночка, никуда не денутся!
Только больничка наша сельская на другом конце села стояла, идти далеко, машины под рукой нет. Выскочила Вера на улицу, видит трактор едет, встала посреди дороги, руками машет:
-Стой! -  кричит, - Мы рожаем!
Тракторист, молодой паренек, от испуга так затормозил, что колесами дорогу пропахал.
- Девушка, пропустите меня, - жалобно заголосил парень, - Я тут ни при чем! Меня на ферме ждут!
Но Вера оловянным солдатиком стояла перед трактором, пока я не вышла со двора. Она помогла мне вскарабкаться в кабину к пареньку. Сиденье в тракторе было одно, но рядом с ним была примощена маленькая скамеечка из дощечки, вот я и присела на нее. Вера тоже влезла в кабину, но дверцу закрыть уже не смогла, подруга была из тех хороших людей, которых «должно быть очень много». Паренек, когда понял, что от него не отстанут, пока он не доставит меня в больницу, и, слыша, как я с оханьями и всхлипываниями дышу ему прямо в ухо, на скорости рванул с места. Да так, что куры бабы Паши, соседки через дорогу, которые уже успели окружить незнакомый агрегат, полетели врассыпную с таким кудахтаньем, что баба Паша на пару с петухом выскочила на улицу.
 Встала посреди дороги и грозно потрясла веником, который прихватила для боевых действий. Но врага уже и след простыл.
 В нашу больничку мы прибыли довольно быстро, родить по дороге я не успела, к величайшей радости тракториста. Когда я уже спустилась на землю, я вдруг обернулась и крикнула:
- Тебя как зовут-то?
- Валентин, а что?- испуганно ответил паренек, но не стал дождаться ответа и нажал на газ.
Я даже замерла, а Вера засмеялась и потянула меня за руку.
В родильном отделении мы застали Лиду, она жутко удивилась:
- Тебе ж через две недели рожать! Мы сегодня только пол покрасили! Ну ничего, потерпи чуток, я нашу акушерку позову, родишь ты ребеночка, все хорошо будет!
Прибежала акушерка, прямо по свежепокрашенному полу меня до родильного зала провела. Я иду, к полу босыми ногами прилипаю, только сейчас сообразила, что без обуви из дома выскочила, думаю, как отмывать их буду, зато про боль совсем забыла. А уже через полчаса мне мою дочурку к груди приложили.
- Как назвать решили, мамочка? – спросила акушерка.
- Еще и не решили, - вздохнула я. – А как Вас зовут?
Когда акушерка ответила, что ее зовут Валентиной, я даже не удивилась…
Больше сомнений в выборе имени у меня не было. А Катенька у нас все-таки появилась, Валюша назвала так свою дочку, нашу внучку. Папе подарок сделала.

Выбрать имя
Словотворие
4

Мы познакомились 5 Мая. В Сашин день рождения, ему тогда исполнился 21 год. Он поспорил с товарищем, что в этот солнечный, весенний день обязательно встретит свою любовь. Купил букет цветов, вышел на середину самого оживленного тротуара, встал и закрыл глаза.
Его толкали, ругали, жалели, но он ждал. Ждал какого-то знака. Знак оказался очень мокрый. Это оказался не дождь, а я. В тот день я случайно зашла в Зоомагазин и увидела в аквариуме маленькую красную рыбку с большим красивым хвостом. Я просто влюбилась в нее и купила. Продавец налил в пакет воды и посадил туда рыбку. Сказал бегом  домой бежать, пока она не замерзла. Я и побежала. А тут истукан с цветами. Я пакетом за него зацепилась, пакет лопнул, Саша стал мокрый, а рыбка собралась помирать. Но Сашка быстро сориентировался, подхватил рыбку в пакете, забежал в ближайший магазинчик и уговорил девчат-продавщиц  дать стакан с водой.  Уже через полчаса моя рыбка плавала в трехлитровой банке, а цветы стояли в вазе в моей комнате, которую я снимала уже два года, пока училась в институте.
  Мы поженились в сентябре, мои родители продали машину и купили мне однокомнатную квартиру в нашем поселке. У Саши жилья своего не было, родители его часто выпивали, жили со старенькой бабушкой в маленькой двушке на окраине города. Поэтому он сразу с радостью согласился на переезд. Я перевелась на заочное, устроилась в нашу школу завхозом и уже в июне следующего года у нас родился Егорка. Это был замечательный год! Шурик всю беременность приносил мне что-нибудь вкусненькое, помогал по дому, мы часто ходили к моим родителям, просто гуляли по поселку. А когда родился сын, Саша по ночам не давал мне вставать, сам качал малыша. Я не верила своему счастью, радовалась каждой минуте рядом с мужем, мне было даже страшно подумать, что это может когда-нибудь закончиться. Но потом я стала замечать, что Саша стал задерживаться на работе, приходить с запахом спиртного. Он в такие моменты чувствовал себя ужасно виноватым, извинялся, я и прощала, думала, что все могут выпить, главное, не бьет и не скандалит. Однажды он пришел домой настолько пьяный, что ничего не соображал, и грубо полез ко мне целоваться. Я попыталась вырваться, но он не отпустил…
 Через месяц я поняла, что опять жду ребенка. Сашка очень обрадовался, даже пить перестал. Почти. Я немного успокоилась. У многих мужья пьют, живут же как-то, главное, мы любим друг друга.
 Дочка у нас родилась с патологией.. Когда нас выписали из больницы, муж сразу стал упрекать меня, что я не смогла родить здорового ребенка, что он не собирается тратить свою жизнь на походы по врачам! Я не могла поверить, неужели это говорит мой Шурик, который сам считал, что мы посланы друг другу небесами, который, в конце концов, сам был виноват в том, что Юлечка родилась больной. Но мне нужно было выхаживать дочь, и я постаралась не обращать внимания на упреки мужа. Хорошо, что у меня был Егорка, который в свои пять лет уже старался мне во всем помогать, и мои родители. В заботах о малышке и беготне по больницам я не заметила, как мой муж совсем отдалился от нас и часто даже не ночевал дома. Все решилось однажды вечером, когда Саша просто молча стал собирать свои вещи. У меня похолодело на душе. Я понимала, что он уже не тот Шурик, которого я полюбила, но и потерять его окончательно я не хотела.
- Саша, ты не можешь уйти,  ведь я ради тебя бросила институт, Юлечка такая из-за твоей пьянки, как мы будем жить без тебя?
- Вот не надо свои проблемы на меня перекладывать! Что-то не вижу я у своих друзей детей-уродов! Это ты во всем виновата! А я ухожу к Наташке Редькиной, так что еще увидимся. Только проблемы у нас теперь разные. У тебя свои, у меня свои. Кстати, телевизор и диван я забираю. Имею я право на часть имущества? Квартира же тебе остается!
 Я опешила. И больше ничего не смогла ему сказать. Хотелось умереть, но я не могла. У меня были Егорка и Юлечка, я не имела право их бросить!
 С тех пор мы так и жили, на соседних улицах. Когда я шла с Егоркой и Юлечкой, иногда встречала Сашу с Наташкой, веселых, обнимающихся. Они на нас даже не смотрели, проходили мимо, как незнакомые люди. Один раз Егорка побежал за папой, закричал:
-Папочка, пойдем домой, я тебе машинку покажу, мне бабушка подарила!
Но Саша оттолкнул его и прикрикнул:
- К маме иди, я тебе больше не папа!
Егорка заплакал, я обняла его и, глотая слезы, увела домой.
 Больше сын к Саше не подходил, даже отворачивался, когда его встречал.
 Прошло полгода, я возилась с Юлечкой, Егорка мне помогал. Ездить в городскую больницу на процедуры было очень тяжело и я решила перебраться в маленький поселок рядом с городом. Продала квартиру, купила в том поселке небольшой домик, пообещала родителям приезжать в гости и уехала.
Там я сразу почувствовала себя, как дома. Рядом была небольшая рощица, чуть дальше речка. И не было Саши! Егорка был счастлив, он быстро подружился с соседскими мальчишками, в садике просто влюбился в воспитательницу. Юлечка в своей коляске с удовольствием смотрела на деревья и слушала пение птиц.
Наш дом был крайним, рядом жил дедушка. Мы его почти не видели. У него не было обеих ног, и он передвигался в инвалидной коляске. Вернее, его вывозила во двор пожилая сиделка.  Она не разговаривала с нами, я и не напрашивалась. Но однажды кто-то позвал меня от калитки. Я вышла, там стояла незнакомая женщина с папкой в руках.
- Добрый день,  я из соцзащиты, - уверенно начала она разговор, - У вашего соседа, Ильи Степановича, сиделка ушла. Дети ее в город забрали. У нас работников не хватает, а сыновья Ильи Степановича далеко живут, приехать не могут. Вы не присмотрите за ним? Не долго, мы только новую сиделку найдем.
 Я растерялась:
- Простите, но у меня у самой  дочь-инвалид, я не могу.
Женщина сжала губы:
- Ну что ж, придется ему одному посидеть. Не переезжать же мне к нему жить! – и она твердым шагом ушла в сторону остановки.
- Что же делать? – спросила я у самой себя, когда мы с Егоркой после садика пили чай, - Он же там один. Наверно, голодный.
Егор с интересом посмотрел на меня, что это с мамой? Я и рассказала. Тогда Егор громко воскликнул:
- Мама, ты что? Ты же не папка, не можешь людей в беде бросать! Пойдем к деду! Я сам буду за ним ухаживать!
Я крепко обняла сына. Потом быстро вытерла мокрые глаза, взяла Юлечку на руки и мы пошли знакомиться с дедом Ильей.
- Здравствуйте, - громко сказал Егорка, входя в дом соседа, - Меня зовут Егор, я буду Вам во всем помогать. Я уже большой, умею гвозди заколачивать, Вам нужно что-то приколотить?
Илья Степанович удивленно посмотрел на нас, потом засмеялся:
- Такому хозяину мы работу обязательно найдем! Но сначала нужно попить чаю с медом. У меня есть замечательный мед, волшебный. Его собирает на своей пасеке богатырь Алеша.
- Алеша Попович? – с загоревшимися глазами спросил Егорка, - А этот волшебный мед может мою сестренку исцелить? Нам очень нужно!
Илья Степанович улыбнулся:
- Нет, не Попович, но сестренку исцелить можно попробовать.
 Мы долго в тот вечер сидели у деда Ильи, который оказался очень интересным человеком, веселым и жизнерадостным. Он рассказывал нам смешные истории из его, довольно трудной, жизни: Илья Степанович много лет работал в геологических экспедициях.  Мы хохотали и пили чай с очень вкусным медом.
С того дня я и Егорка постоянно заходили к соседу, во всем ему помогали. Иногда Егор даже засыпал у деда Ильи под интересную сказку, а я уносила его, спящего, домой на руках.
- Вот приедет Алексей, мед привезет, порадуется, какие у меня помощники, - постоянно вспоминал дед своего друга, пасечника. Я даже представляла его, бородатого, старенького, но крепкого старичка в сетчатой шапке пчеловода.
- Мам, там Алеша-богатырь приехал, пойдем я тебя с ним познакомлю! – забежал в дом возбужденный Егорка, - Скорее пойдем, пока Юля спит, знаешь, он такой! Ну увидишь!
Сын потянул меня за руку и силком потащил к соседу. Я смеялась, бежала, еле поспевая за Егоркой. Забежали мы в дом, и вдруг я споткнулась о порог и врезалась во что-то огромное. Взглянув верх, я увидела высокого крепкого, молодого еще мужчину с невероятно синими добрыми глазами. Он придерживал меня от падения огромной мозолистой рукой, как-то глупо улыбался и не спешил отпускать.  И хорошо, потому что у меня почему-то закружилась голова…
Прошло несколько лет.
- Мам, не мешай нам с папой работать,- по-взрослому строго сказал мне Егорка, - Хватит обниматься, иди лучше Никитку покорми.
 Я засмеялась, смахнула травинку с плеча Алеши и побежала в дом.
Остановилась в дверях и счастливо улыбнулась, глядя на Юлю, которая сидела на диване рядом с маленьким Никиткой и показывала ему картинки в книжке. На плече у Юли сидела пчелка, залетевшая через открытое окно, но дочка ее не прогоняла, она знала, что благодаря этим маленьким волшебницам она уже почти выздоровела.

Волшебный мед.
Словотворие
8

 Говорят, молодожены после ссоры сладко мирятся.  Может, и так, но это, наверно, не про Валю и Глеба. Они мириться не хотели. И даже думали о том, что их счастливый брак оказался не счастливым, а просто бракованным. А так хорошо все начиналось...
Познакомились они банально на улице. Ну не совсем банально. Они переходили дорогу в центре их районного городка. Навстречу друг другу. Встретились взглядами, перешли каждый на свою сторону и остановились. Как сговорились. Загорелся красный свет, а они так и стояли, глядя друг на друга через проезжавшие мимо автомобили. Когда загорелся зеленый, Глеб побежал через дорогу и сразу взял Валю за руку, словно боялся, что она исчезнет. Они тогда позабыли обо всех делах, гуляли, разговаривали о каких-то пустяках.
 А когда подошел вечер, Валя грустно сказала:
-Мне пора, скоро уходит последняя маршрутка.
- Извини, я так и не спросил, где ты живешь? – виновато ответил Глеб.
- В Просторном, знаешь такой поселок?
Глеб так странно посмотрел на Валю, что она испугалась:
- Ты, наверно, думал я городская? – и ухмыльнулась: -  Уж извини.
-Нет, ты не поняла, - засмеялся Глеб, - Просто я тоже там живу, мы с отцом недавно в ваш поселок переехали. Все это не случайно, Валюшка, это судьба.
Уже через неделю Глеб и его отец Николай пришли сватать Валю. Николаю очень не нравилось такое необдуманное решение сына, так же, как и маме Вали, Елене. Так уж сложилось, что Глеб рос, практически, без матери. Когда ему было всего пять лет, мама уехала в Москву «становиться великой актрисой». За все это время она навещала сына всего три раза, стала ли она актрисой, он так и не знает, еще десять лет назад она уехала в Америку, но вот братика негритенка она ему подарила. Даже фотографию прислала.
Валя же жила вдвоем с мамой,  ее папа считал себя таким уникальным человеком, что искренне не понимал жену, почему она не хочет им ни с кем делиться? Ведь он просто обязан осчастливить еще и других  женщин, одиноких и несчастных. Елена была другого мнения, а после того, как у одной из «осчастливленных» родился ребенок от ее мужа, она без сожаления переселила к ней своего «благородного» мужа, вручив ему сумку с вещами и придав ему ускорение пинком под мягкое место. 
Вот и не одобряли Николай и Елена такое скоропалительное решение своих детей жениться. Но те упрямо стояли на своем.
 Воскресный июньский день звенел птичьими голосами. Яркое солнышко слепило глаза. Глеб и его отец с цветами в руках стояли на крыльце и немного испуганно смотрели на, вышедших из дома, Валю и Елену.
- Мамочка, познакомься, это мой Глеб, а это его папа.
- Николай Романыч, мы Вашу Валю сватать пришли, - важно сказал мужчина и облокотился о перила крыльца.
Но они не выдержали, подломились и свалился Николай со ступенек вместе с треснувшими деревянными перилами.
Валя и Глеб бросились его поднимать, а Елена рассмеялась:
- Вот и работа будет Вашему сыночку. Тут у нас много чего отремонтировать нужно. Будет тут жить  и порядки наводить, надеюсь, научили молотком гвозди забивать?
- Глеб много чего умеет, - проворчал Николай, потирая бок, - да только жить они у меня будут. Я что, зря такой большой дом покупал?
В общем, неудачное знакомство получилось. Николай и Елена так поспорили, что даже на свадьбе не разговаривали. А Глеб и Валя, чтобы никого не обидеть, сняли небольшую квартирку, и к обоим родителям почти каждый день по очереди ходили в гости. Целых два месяца, пока не поссорились…
- Мамочка, он меня ударил! – рыдала Валя, забегая в дом с пакетом вещей и маленьким котенком в руках.
 Елена бросилась успокаивать дочь, постоянно напоминая, что она «говорила, ведь!» не торопиться со свадьбой, вот и не поняла вовремя Валя, что за человека себе в мужья выбрала, да еще с таким папашей! Симпатичным, конечно, но упрямым грубияном!
 А Глеба, вернувшего домой, в это время успокаивал отец, повторяя ему примерно то же самое.
- Пап, она меня не любит, только и слышу от нее: Вася, Васенька. А я? Чем я хуже? – жалобно спрашивал сын, уткнувшись в подушку.
- Ты у меня самый лучший, сын, и эти дамочки нам совсем не нужны! В красивых головках ум можно и не искать! Мы тебе другую найдем, попроще, но покультурнее.
Два дня Валя и Глеб прожили у себя дома, выслушивая нравоучения родителей, упреки в том, что их не слушают и делают все по-своему. Поэтому и расплачиваются потом за свою глупость. Два дня проплакала Валюшка и хмурился Глеб, а потом перестали. Елена и Николай обрадовались, значит, успокоились дети. Сейчас, быстренько, развод оформим и забудем про ненавистных «родственников».
Но Глеб и Валя только отмахивались, мол, потом, не до этого сейчас.
Валя стала часто убегать куда-то из дома. И Елена, однажды поздно вечером дождавшись возвращения дочери, удивилась ее радостному выражению лица:
- Валюш, ты с кем-то встречаешься? Я, конечно, рада, что ты уже не плачешь по своему Глебу, но не быстро ты ему замену нашла? Как-то это несерьезно.
 Валя покраснела:
- Мамочка, да я с подружками гуляла. Никто мне не нужен.
На другой день Елена проходила мимо дома Глеба и увидела его во дворе вместе с отцом. Мужчины громко смеялись, Глеб выглядел таким счастливым, что Елена не выдержала и подошла к открытой калитке.
- Веселитесь? – с упреком крикнула она, - Быстро ж ты, Глеб Валечку разлюбил, наверно уж и другую нашел? Тоже сразу бить начнешь? Перед слабой женщиной силу свою показывать!
У Николая от этих слов даже дыхание перехватило:
- А, а, что б мой сын женщину ударил? Ты чего несешь, баламутка? За дочкой своей смотри, что там у нее за Васенька любимый? Променяла моего сына на какого-то деревенского ухаря!
- Нет у моей Вали никакого Васеньки, кроме котенка, это кто ж такое понапридумывал? – взвизгнула Елена.
И они оба посмотрели на Глеба. А Глеб так засмущался, что голову опустил. А потом пробормотал:
-Пап, я тебе не сказал, что Валя это, правда, про котенка говорила. Мы ж чего и поссорились, спать легли, она котенка с собой положила, да все Васенька, Васенька, мяконький, хорошенький, я обиделся, что она на меня внимания не обращает, хотел отвернуться и нечаянно локтем ее ударил. Она в слезы, а я, дурак, даже не извинился, сказал ей, что поделом! Вот Валюшка и убежала домой. И я ушел, не хотел там один оставаться.
Глеб немного помолчал, потом виновато добавил:
- Но мы уже давно помирились. А вам не хотели говорить, потому что вы  упрекаете все время. И друг дружку ненавидите. За что только? Вы же замечательные! Добрые, умные, скоро еще и дедом и бабушкой станете. Ой! Проговорился, - зажал рот Глеб.
А Елена глаза широко открыла, потом воздуха набрала, да как закричит:
- Я бабушкой буду! – и … поцеловала Николая в небритую щеку.
Николай засмущался и улыбнулся:
- Внук – это хорошо! – потом посмотрел на Елену и добавил: - Ну или внучка, тоже неплохо!
 Глеб и Валя, вздохнувшие с облегчением, что не нужно больше скрывать от родителей свое примирение, снова ушли жить на съемную квартиру, но не надолго. Уже через три месяца они жили в доме Глеба. А Николай перебрался к Елене. И первым делом отремонтировал крыльцо. Чтобы внуки потом случайно не упали.

Ссора
Словотворие
5

Как легко дышалось деревенским воздухом! Олег нисколько не жалел, что поехал в отпуск не на моря, а к сокурснику Пашке Круглову. Тот давно его звал в гости, заманивал рыбалкой да грибами. Вот и заманил. Поселок Залесье был довольно большой, даже несколько пятиэтажек стояло в центре, но все же это был не город. Здесь было тихо, пахло свежескошенной травой и, главное, соседи были очень приветливы. С Олегом все здоровались, как со старым знакомым. Наказывали Паше приводить к ним своего друга в гости, подсказывали, где сейчас рыба лучше ловится. Но первые пару дней родители Павла никуда Олега не отпускали, откармливали молоком с пирожками. Пока Олег не взмолился:
- Я же скоро в ваши двери не пролезу, мне нужно прогуляться.
Собрались под вечер друзья и пошли гулять по поселку. Идут, а навстречу им девчонки, веселые, симпатичные. Одни, другие.
- Пашка, а ты почему не женат до сих пор? - спросил Олег, - Вон вокруг сколько красавиц! Тут в любую влюбиться можно. Щеки румяные, глазки чистые, без фальши! Или принцессу ждешь?
Пашка замялся:
- Понимаешь, Олег, девчонок хороших у нас, правда, много, но  какие-то они скучные. А мне нужна такая, чтоб у меня душа вздрогнула, чтоб голова закружилась! На такой и жениться можно будет. Сам то ты тоже не торопишься заводить семью.
Олег грустно улыбнулся. Два месяца назад у него должна была быть свадьба. Когда Олег и Алла, его невеста, подали заявление в ЗАГС, все  родственники и друзья дружно их поздравляли. Чудесная пара, оба медики, красавцы, вместе уже почти полгода. Одна мама Олега не одобряла выбор сына. Сказала просто:
- Не твоя это невеста, сынок, чувствую я…
Олег же думал, что он любит Аллу, но только что-то его тревожило, казалось ему: Алла что-то недоговаривает, что у нее есть какая-то тайна. Эта тайна интриговала и настораживала. А однажды, когда они пришли к Алле домой, он случайно услышал, как ее мама шепотом спросила у дочери:
- Ты когда ему про ребенка то расскажешь?
- Никогда! - грубо ответила Алла матери, пошла в свою комнату и наткнулась на стоявшего в коридоре Олега: - Подслушиваешь?
Она скривилась, отчего ее лицо стало злым и неприятным. Олег хотел ответить, что это получилось нечаянно, просто он шел на кухню попить воды, но любопытство оказалось сильнее и он спросил:
- Что ты скрываешь? Я должен знать, как твой будущий муж.
Алла испугалась, начала юлить, нести какую-то ерунду. И так ничего ему и не сказала. Узнать правду Олегу удалось у ее подруги Кати, клятвенно пообещав сохранить это в секрете. Оказывается, три года назад Алла родила от женатого мужчины больную девочку и отказалась от нее, побоявшись лишних хлопот и беготни по больницам. Девочку отдали приемным родителям, где она сейчас - неизвестно. А Алла о ней даже вспоминать не хочет, говорит, дочка ей и здоровая не нужна была, а больная тем более. Олег был в шоке. На другой же день он твердо заявил Алле, что свадьбы не будет. Что они слишком по-разному смотрят на жизнь. Первые дни он переживал, даже порывался вернуться, но уже через три дня увидел Аллу, целующуюся в машине с другим мужчиной, и понял, что поступил правильно.
Олег не стал все рассказывать другу, он хлопнул его по плечу и заявил, что вовсе не прочь бы познакомиться с хорошенькой деревенской девушкой.
Пашка в ответ шутливо толкнул товарища и вдруг застыл на месте. Им навстречу шли две девушки. Высокая красавица-блондинка с длинными распущенными волосами, в открытой блузке и узких брючках, этакая городская красотка, и невзрачная девчонка с косичкой, одетая в простое цветастое платье, явно, ею же и шитое.
- Олег, - быстро зашептал Паша, - это моя мечта! Какая она! Я же умру, если не познакомлюсь! Только будь другом, отвлеки эту бледную поганку, уведи куда-нибудь, потом домой иди, мама для тебя там курочку хотела запечь. Мне можешь не оставлять.
Не успел Олег возмутиться, как Пашка обратился к девушке в брючках:
- Неужели на Олимпе объявили каникулы и богиня спустилась к нам, грешным? Разрешите представиться, Павел, местный лекарь, не Авиценна, конечно, но ветрянку от ангины отличу. Разрешите показать Вам наш скромный поселок, у нас есть свои чудеса света, например, деревянный столб, который вкопали еще при Петре Первом.
Красотка с достоинством улыбнулась:
- Мне нравятся врачи, вы такие добрые и знаете много анекдотов. Я Дарина, красивое имя, правда? Можно и прогуляться, Павел. И про столбик расскажите, обожаю истории про королей, - она взяла Пашу под руку, повернулась к подруге и вздохнула: - Тань, ты извини, но я не могу с тобой пойти, у меня дела поважнее твоей старой бабки.
Таня обиженно вздохнула, но Дарина уже отвернулась и кокетливо спрашивала Пашу:
- Что Вы там про авиа цену говорили? У вас и аэропорт есть?
Таня переглянулась с Олегом, молча стоявшим рядом, и они дружно захохотали. Павел с Дариной уже отошли довольно далеко, а они все не могли успокоиться. Олег смеялся, но смотрел на девушку. Таня была невысокого роста, лет двадцати трех, с русой косой, худенькая, но ее глаза, казалось, горели ярче заходящего солнца, в них было такое жизнелюбие и детское озорство, что Олег не смог просто уйти, ему почему-то захотелось побыть рядом с этой необычной девушкой, поговорить с ней.
- Вы Таня? - осторожно спросил Олег, отсмеявшись, - а меня Олег зовут. Можно я провожу Вас?
- Вообще-то это не обязательно, я могу и сама дойти. Дашку Ваш друг, надеюсь, в целости доставит? Она моя двоюродная сестра, приехала отдохнуть, совсем несерьезная особа. Глаз да глаз за ней нужен.
Олег заверил Таню, что ее сестре хуже от прогулки с Пашкой не станет. Может, хоть что-то умное узнает. Например, что король Петр Первый был у сербов, а наш был императором. Что Авиценна – средневековый ученый и врач, а не цена на авиабилеты. Таня слушала, улыбаясь, и смотрела ему прямо в глаза открыто и смело, так, что Олегу захотелось все узнать об этой невзрачной и в то же время удивительной девушке.
- Я все же тебя провожу, - настоял он, она пожала плечами:
- Да пожалуйста, только мне надо к бабушке одной зайти, у нее дверца в курятнике упала, куры разбежались по огороду.
 И Таня рассказала, что недавно шла с работы, она воспитателем в детском саду работает, и увидела, как у незнакомой бабушки порвался пакет и рассыпались продукты, купленные в магазине. Таня подбежала, дала ей свой пакет и помогла все собрать. Получилось довольно тяжело, и Таня донесла пакет до дома бабушки, а это почти на окраине. Баба Феня позвала ее в дом, внутри очень напоминавший хату бабы Яги, куча сухой травы по стенам, да черный кот, который сразу начал ласкаться около ног Тани. Бабушка улыбнулась, поглядев на кота, дала Тане большое красное яблоко и сказала:
- Спешит к тебе внучка счастье, рядом уже, не проворонь только его. Не отдавай никому. Но я тебе помогу. Только свой номер телефона мне дай, - и достала крутой такой смартфон, ловко на нем номер Тани записала и выставила ее за дверь.
 Таня с улыбкой вздохнула:
- А сегодня звонит, слезно так просит прийти, помочь курочек загнать, да дверцу хоть подпереть. Вот я Дашу в помощь захватила и пошли мы к бабе Фене. А тут вы. Да, может, это и к лучшему, поможешь мне.
Баба Феня их уже около калитки поджидала, головой кивнула, нисколько не удивившись, что Таня с молодым человеком пришла. Сунула Олегу в руки молоток и курятник показала. Фонариком ему посветила, в сумерках уже плохо видно было.
 А как он все наладил, сунула ему в руки красное яблоко, и на дорожку, вместо благодарности, пробурчала:
- На велосипед не садись, милок, по своей дороге иди.
 Олег, уже за калиткой, посмотрел на Таню и пожал плечами:
- Бабка, наверно, плохо видит, велосипед ей померещился.
 В тот вечер Олег с Таней долго гуляли по поселку, она рассказывала ему про своих малышей в детском саду, какие они смешные и милые, он ей про своих пациентов, которые тоже часто вели себя, как дети. Им было очень интересно и легко вдвоем. И незаметно для обоих, вскоре они уже держались за руки, хохотали и, шутя, толкались, словно были знакомы уже очень давно.
На следующий вечер Паша и Олег созвонились с сестрами и договорились о встрече, но Павла срочно вызвал пациент и Олег пока пошел один. Девушки уже ждали около Дома Культуры, Дарина держала велосипед. Как она была хороша! Волосы распущены, юбочка короткая, туфли на высоком каблуке, Таня рядом с ней была как маленький серый воробушек. Когда Олег подошел к девушкам, первой заговорила Даша:
- Ты сегодня без Паши? Ну ничего, - она кокетливо улыбнулась: - Мне Таня про тебя так много рассказала! Какой ты интересный, умный. Прямо герой романа, – Даша завораживала своим сладким голосом: - Олег, ты же умеешь ездить на велосипеде? Прокати меня, пожалуйста!
 Олег и сам не понял, как взялся за руль велосипеда, но вдруг будто услышал: «На велосипед не садись…». Он мотнул головой, словно стряхнул паутину с головы:
- Извини, Даша, сейчас Павел придет, прокатит тебя, - он посмотрел на Таню и увидел слезы на ее глазах, - А вот Танюшку я прокачу! Запрыгивай, воробушек!
Когда у Олега закончился отпуск, он вместе с Таней пришел попрощаться к бабе Фене. Она улыбнулась и опять протянула им красное яблоко:
- Съешьте его вместе, ровно поровну. Тогда вы будете счастливы до глубокой старости и никто вас уже не разлучит. А через годик приезжайте вместе с сынишкой, я буду вас ждать…
Павел ведь тоже вскоре женился. На своей соседке, учительнице истории.

Воробушек.
Словотворие
7

Этот июньский день был очень теплым, птицы за окном свистели, трещали и чирикали на все лады, ведь недалеко от дома Ани начиналась березовая роща. В такой день хотелось родиться, а не умереть. Но Аня знала, что это ее последний день на земле. Рядом сидела мама, пряча от дочери слезы на глазах, а в соседней комнате притихли дети. Их у Ани было четверо. Старшему, Саше было двенадцать лет, Вике восемь, Тане шесть, а Лизоньке четыре. Муж, Боря, вышел на улицу, каким бы он ни был плохим мужем, но видеть, как умирает Аня, он был не в силах, да и теще в глаза смотреть было стыдно. Ведь знал он, что Аня только после операции, а заставил ее садить картошку, упрекал, мол, ни по дому, ни в постели от нее нет толку, дармоедкой живет. Она и схватилась за лопату. Пол огорода засадила сама, Саша с Викой помогали, а Боря демонстративно к соседу ушел. Вернувшись, увидел ее на кровати без сил.  Даже не подошел, только утром понял, что дело серьезно. Вызвал Скорую, Аню забрали, но через две недели отправили домой, врачи сказали, что ничем уже не могут помочь.
- Мама, ты не сможешь всех детей потянуть, - слабым голосом проговорила Аня, -  но забери Вику, пожалуйста. Ты же знаешь, как она рисует. Боря не будет ей помогать,  загубит он ее талант.
Баба Галя молчала и часто-часто кивала, глотая текущие из глаз слезы. К вечеру Ани не стало. Баба Галя увезла дочь в соседний район, в свое село, похоронила рядом с отцом. Боря и не спорил, не очень-то ему хотелось еще и за могилкой ухаживать. Ведь на его шее оставалось трое детей. Хорошо хоть Вику теща забрала.
 Не дожидаясь и девяти дней, Боря привел в дом Тосю с ее двумя сыновьями-подростками. Тося уже давно была его любовницей,  а теперь-то уже и не было смысла прятаться. Осудят соседи? Почешут языки и успокоятся. Боря не собирался сам за детьми смотреть, вот Тося и возьмет все в свои крепкие руки.
А руки у Тоси были действительно крепкие. Баба она была высокая, широкоплечая, не то, что Аня, нежная тростиночка. И детей таких же худосочных нарожала. Боря даже улыбнулся, теперь-то заживет он по-человечески, пусть теперь Таисия хозяйством занимается. И за детьми присмотрит, они у нее не забалуют.
 - Бабуля, я так по девчонкам и Саше соскучилась, уже три года как их не видала, - хитро улыбаясь, сказала Вика, - может, проведаем их? Я их портреты нарисовала, подарю им.
-  Ох, и лиса ты у меня, - обняла внучку баба Галя, - А папу тоже нарисовала?
- Нет, - посерьезнела Вика, -  Я не могу его рисовать, я пробовала, он, почему-то, черный получается все-время.
Баба Галя тяжело вздохнула и пообещала Вике, как только начнутся летние каникулы, обязательно свозить ее в Капустино, к брату и сестричкам.  Но прошло всего несколько дней, как кто-то вечером постучал в их хлипкую дверь. Выглянула баба Галя, а на крыльце Танюшка стоит.
- Батюшки, ты как сама добралась? – охнула бабушка.
Таня смотрела на нее заплаканными глазками и теребила в руках пакетик с какой-то одеждой. Вика вскрикнула от радости и чуть сестренку не задавила, обнимая.
Но Таня, всхлипывая, рассказала, что больше не может там жить, она старалась, помогала во всем мачехе, но никогда хорошего слова не слышала. Даже второй класс на «отлично» закончила, помнила, как мама ее просила, чтоб она умницей была. Но и за пятерки ее никто даже не подумал похвалить. А недавно начался кошмар. Сыновья мачехи стали к ней приставать, то трусики, вроде как в шутку стянут, то в душ заглянут, когда она мылась. А вчера Антон, старший, ему скоро  восемнадцать лет, сказал, что через пару дней на его дне рождения, она будет его друзей развлекать, чтоб не зря кашу ела, что его мамка готовит. Таня к папе побежала, а отец ее и слушать не стал, за дверь вытолкал. А Саше она побоялась пожаловаться, он ведь полезет к Антону драться, а тот его опять сильно побьет, как всегда. Вот Танюшка нашла конверт с бабушкиным адресом, денег у отца из кармана стащила и поехала.
 На другой день баба Галя оставила девочек с соседкой и отправилась в Капустино, к зятю. Приехала она, а Лизонька, как ее увидела, так расплакалась, запросилась к ней и сестрам, рассказала, что мачеха со своими сыновьями ее и Сашу бьют, кормят тем, что от сводных братьев останется, а отец и слова своей Тосе не говорит поперек, она ему рюмку нальет, тот и доволен. Баба Галя руками всплеснула, да Борису и высказала:
- Ирод ты окаянный, дочь мою в могилу загнал, еще и деток загубить хочешь? – и твердо добавила: - Я забираю девочек к себе!
Тося хотела влезть в разговор, мол, хочешь, бабка, пенсии девочек себе приграбастать, нас без гроша оставить, но баба Галя так на нее посмотрела, что мигом притихла эта Тося, буркнула только, что не сильно то и нужны здесь эти вертихвостки, пусть бабке в подоле приносят.
 На другой день в отделе опеки Боря, не раздумывая, подписал нужные бумаги и баба Галя с Лизой уехали в Березовку, в небольшой, но уютный бабушкин домик. Душа только за Сашу болела, не захотел он отца оставлять, сказал, что совсем папка потеряет себя, если и сын уедет. Да только видела баба Галя, что не нужен Борису сын родной, совсем не нужен, так же как и дочери. Похоже, давно он себя потерял, еще когда при живой жене с Тосей связался, потом жену загубил, дочек из дому выжил.
 Прошло еще два года, девочки учились почти на одни пятерки. В доме на стенах всюду были развешаны картины Вики, Таня и Лиза ходили в музыкальную школу. Дружно жили девочки с бабушкой, учились готовить, шить, даже устраивали концерты. Только за брата переживали, хоть и звонил он им часто, не жаловался, но слышали они по его голосу, что не все так хорошо в родительском доме, который уже стал им чужим. А однажды…
- Бабушка, - услышала в телефоне баба Галя дрожащий от слез голос Саши, - я не знаю, что мне делать.
 И Саша рассказал, что сводные братья залезли ночью в магазин, украли деньги, сигареты, много еще всякого дорогого, а спрятали все в Сашиной комнате, в шкафу. Он и не видел, когда. Утром пришли из полиции, кто-то им подсказал, но братья все на Сашу и свалили. Теперь его хотят судить, только ведь он ничего плохого не сделал. Папа ему не верит, кричит, что бандит ему в доме не нужен, чтоб убирался оттуда. Что Антон со своим братом – вот настоящие мужики растут, не то, что Саша – слабак, весь в мамку.
 Баба Галя опять собралась, поехала в Капустино. Хорошо, что участковым до сих пор Денис работал, муж Аниной подружки. Поговорила с ним бабушка, рассказала, как дело было на самом деле, Денис пообещал разобраться, наказать Тосиных сыночков. А Саше разрешили тоже уехать, подальше от этой семейки.
 С тех пор брат и сестры жили вместе у любимой своей бабушки. Домик у них был небольшой, но места им хватало. Главное, они очень любили друг друга, поддерживали и заботились.
О папе почти и не вспоминали. Он тоже забыл о своих детях, даже не звонил никогда, не интересно ему было, как они живут, здоровы ли. Только поддакивал Тосе, когда она, налив ему водочки, ехидно высказывала, что неблагодарные дети его бросили, на старости даже копейкой не помогут. Сами жируют, а папка с женой голодом сидят.
 Прошло еще семнадцать лет. Саша с женой и сынишкой жили в бабушкином доме, Саша его отремонтировал своими руками, досматривали бабу Галю, которая в свои семьдесят пять еще была очень бойкой старушкой. Соседки улыбались, глядя на нее, говорили, что это любовь ее замечательных внуков дает ей столько силы. Баба Галя и не отрицала. Только с нежностью пересматривала каждый день фотографии Саши и девочек: детские, свадебные, из роддома, где родились правнуки. Одна Лиза была еще не замужем, училась в институте, но и она догонит сестер.
 В тот апрельский день было не по-весеннему пасмурно, дождливо. В дверь постучали. Когда Саша вышел на крыльцо, он увидел пожилого мужчину, в котором с трудом узнал своего отца. Отец был худым и бледным, его даже качало. Саша подозрительно прищурил глаза, но Борис торопливо проговорил:
- Сынок, ты не думай, я не пьяный. Я уже давно не пью. Уже больше пяти лет, с тех пор, как выгнал Тоську. Я пришел прощения у вас просить. Я давно хотел, но не мог, знал, что не простите. Я бы и сам не простил. Только Анечка мне все время снится, говорит: «Иди и проси прощения, в ноги детям падай, но проси, иначе не будет тебе покоя на земле. Сожжет тебя твоя вина». Я чувствую, что умру скоро, поэтому и приехал, пусть зря, но я хоть попытаюсь.
Борис опустил голову, а Саша увидел, как капнула с его морщинистой щеки слезинка. Он, молча, впустил отца в дом. Баба Галя схватилась за сердце, когда его увидела, но тоже ничего не сказала, попросила только невестку поставить чайник на плиту.
Через полгода Борис продал свой дом в Капустино и купил маленький, рядом с домом бабы Гали. А на оставшиеся деньги поставил красивый памятник Анечке, которая помогла ему вернуть своих детей. Пусть они и не простили его полностью, но позволили быть рядом, а Борис и от этого уже был счастлив и даже передумал умирать, ведь ему теперь было ради чего жить.

Свои чужие дети
Словотворие
7

(Повеселее к Новому году)

 Пятилетний Антошка лежал в своей кроватке и смешно моргал слипающимися от сна глазками:

- Мамочка, а почему ты папу называешь Карлсоном? У него же нет пропеллера? Света тихо засмеялась и посмотрела на мужа, который заглянул в детскую и с нежностью посмотрел на жену и сына…

 

…- Ольга Ивановна, я больше не могу жить с Вашим Димой! Вы же знаете, почему. Он игрок! Семья ему категорически противопоказана! Мало того, что он свою зарплату все время проигрывает, так и мою умудряется вытащить. То карточку стащит, то через телефон втихаря себе перекинет. А я иногда, знаете, кушать хочу, и одеться желаю! Так что не надо меня с Вашим сыночком мирить! Я его видеть больше не могу!

- Светочка, но ты же такая правильная! Не выпиваешь, любовника не заводишь. Только ты его можешь сдержать. Он тебя так любит! Наверное…

- Ага, прям залюбил всю! И не сдержать, а содержать, так правильнее будет. А если б у нас ребенок родился?

- Вот и я о том, - закивала головой свекровь, - Вам расписаться надо и ребеночка родить, глядишь, Димочка и одумается!

Света вытаращила от удивления глаза:

- Ольга Ивановна, Вы серьезно?! Да Вашего сына кастрировать нужно, чтоб гены детям не передались! Все! Я ухожу, и Вам пора. До свидания!   Света вытолкала ее на лестничную площадку и захлопнула дверь. Света слукавила, в эту субботу она решила никуда не ходить, а просто насладиться отдыхом в одиночестве. В прошлое воскресенье она, наконец, выставила за дверь своего Диму. И до сих пор не могла поверить, что решилась на это! Вместе они прожили почти два года, из которых только первые несколько месяцев были спокойные и счастливые. Потом оказалось, что ее заботливый, ласковый Димочка проигрывает деньги. Когда Света узнала об этом, она была в ужасе, но Дима искренне извинялся и чувствовал себя таким виноватым, что Света его прощала и с горем пополам они все-таки протянули еще года полтора, пока терпение ее не взорвалось, как новогодняя петарда. Дима умудрился найти и сдать в ломбард золотое кольцо, которое Свете подарила мама. Света вовремя узнала об этом, заняла денег и кольцо выкупила, но Дима в тот же вечер оказался в подъезде с вещами и советом не заблудиться по дороге к своей мамочке. Вот и лежала Света на своем любимом диванчике и мечтала о будущей спокойной жизни. Даже телевизор не включила, так увлеклась. Вдруг она услышала тихий стук. Не в дверь. Она подняла голову и стала искать источник звука. Стук, почему-то, шел от балкона. Света медленно встала, подошла к стеклянной двери балкона и осторожно отодвинула занавеску. Несколько мгновений она стояла, раскрыв рот, и лишь потом вскрикнула и резко задернула штору. На ее балконе стоял незнакомый молодой человек. В куртке, но без брюк. Света быстро прокрутила в голове все возможные варианты появления здесь мужчины и ничего не выбрала. Прилететь он не мог, пропеллера, чтоб долететь до четвертого этажа, на нем не наблюдалось. Жила она в пятиэтажке, ближайшие балконы были у соседей сверху и снизу. Сверху, с Дашиного балкона парень спуститься не мог. Ее муж Серега такой ревнивый, что будь у Даши даже одна извилина, она бы не рискнула привести домой любовника. А иначе, чего бы он оттуда перелазил к Свете? С третьего ему подниматься тем более не резон, там живут скромные пожилые пенсионеры, ни физически, ни морально не способные отнять у взрослого мужчины брюки. Пока Света думала, стук повторился.

- Девушка, можно я у Вас пройду? Пожалуйста. Холодно ведь.

- А Вы кто? – громко спросила девушка через стекло, - Вор? Или Карлсон? - Нет, не вор! – обиженно закричал непрошенный гость,

- Я ремонтом компьютеров занимаюсь. Ваша соседка сверху попросила ноут у нее отремонтировать.

Света вспомнила, что Дашка вчера ей, действительно, говорила , что хотела мастера позвать, но так, чтоб Серега, муж, не знал. Работает она на дому, а вчера на свой новый ноутбук кофе нечаянно пролила. Если б Сергей узнал, скандал был бы ужасный. Но почему мастер оказался на ее балконе, да еще и без штанов?

- А через ее дверь Вы выйти не могли? – спросила у парня Света, так и не открыв балконную дверь.

- Можно я Вам в комнате все расскажу? – жалостно попросил незнакомец, но Света все же решила его проверить.

Она набрала Дашин номер и, когда соседка ответила, спросила, ее ли гость явился к ней, как Карлсон? Даша ответила не сразу, скорее всего забежала в туалет:

- Да, мой, - наконец прошептала она, - Я его вызвала ноутбук отремонтировать, и случайно чаем облила. Хотела штаны быстро просушить, на улице ведь морозец, а тут Серега вернулся, какие-то документы забыл. Я штаны за диван с перепугу закинула, а компьютерщика этого на балкон пришлось вытолкать. Я ему сказала, что, если жить хочет, пусть к тебе лезет. Серега ведь убьет, если у меня мужика без штанов увидит. Ты там извинись перед ним, неудобно получилось.

Света засмеялась: «Ничего себе – неудобно! Пришел парень поработать, называется!» Она открыла балкон и запустила молодого человека. Он вприпрыжку заскочил в комнату и попросил чем-нибудь прикрыться. Света протянула ему полотенце.

- Хорошо лазите по балконам? – улыбнулась она, - Повезло Вам, если бы Вас там Серега в таком виде увидел, то вы бы спустились намного быстрее и сразу на первый этаж. Он у нее борьбой занимается и ревнивый, как Отелло!

- Да, ситуации, конечно, разные случаются, - грустно улыбнулся гость, - Но такое впервые! Дамочка сверху сначала вылила на меня полную кружку горячего чая, потом не отстала от меня, пока не стащила с меня джинсы, чтобы их высушить феном, мол, на улице холодно, и я по ее вине замерзну. Да лучше бы я мокрый был, чем по морозу по балконам лазил. Хорошо, в свое время альпинизмом занимался, пригодилось. Ой, там же мой чемоданчик с инструментами! Да и брюки, что же делать?

- Сейчас Серега уйдет, - успокоила парня Света, - И заберете свои вещи. Давайте пока я Вас чем-нибудь горячим напою, хотите чаю?

Он яростно замотал головой и Света рассмеялась: - Тогда кофе? Они пили горячий кофе и Денис, так звали мастера, рассказывал всякие смешные истории, а Света от души хохотала. Ей было приятно, что этот симпатичный парень случайно попал в ее квартиру и поднял ей настроение.

Тут раздался звонок в дверь. Света пожала плечами, она никого не ждала, подошла и посмотрела в глазок. На лестничной площадке стояли Дима и Ольга Ивановна.

- Светик, пусти, пожалуйста, - сладким голоском позвал Дима, - Я заберу еще кое-что свое, раз ты решила бросить меня на произвол судьбы. Знаю, что я сломал тебе жизнь, тебе, святой женщине!

Ольга Ивановна со злостью тыкала сыночка в бок и он продолжал что-то лепетать. В это время в глазок Света увидела, как с пятого этажа спустился Серега. Было понятно, что открывать придется, свекровь знает, что она дома. Но куда деть из однокомнатной квартиры Дениса, завернутого в полотенце? Иначе Света из «святой» мигом станет «падшей» женщиной, чего ей совсем не хотелось.

- Извини, сосед ушел, можешь лезть обратно, - быстро проговорила Света, выталкивая парня на балкон, - Полотенце можешь оставить себе.

Денис горестно вздохнул и прикрыл за собой стеклянную дверь. Со своим бывшим парнем и его мамой Света долго не церемонилась, вручила Диме оставшиеся вещи и, не обращая внимания на жалостливые взгляда обоих, тепло, но твердо с ними попрощалась. Постояла немного, переводя дыхание, а потом замерла, опять услышав шум на балконе. Всплеснув руками, подошла к балконной двери: кто б сомневался? За дверью стоял Денис, но уже одетый.

- А через Дашины двери не пробовал выйти? Или тут уже привычнее? – усмехнулась Света.

- Смешно, - буркнул Денис, уже по-хозяйски заходя в комнату, - Я штаны одел, только за работу хотел браться, снова муж в двери звонит. Даша чуть не в слезы, как, говорит, я мужу объясню Ваше появление здесь за несколько минут? И опять меня на балкон. Наверно, надо парашют прикупить, как думаешь?

Света ничего не ответила, она просто улыбалась. Этот симпатичный парень ей очень понравился, и она была рада, что он вернулся в ее квартиру.

- Хочешь еще кофе, - спросила она, и он махнул рукой:

- Давай, все равно уже никуда не тороплюсь. Чемоданчик бы только как-то забрать. А у тебя бутерброд есть? От этих страстей что-то аппетит разыгрался.

Света быстро накрыла на стол, сбегала к Даше за инструментами Дениса, Сергей, наконец, уехал по своим делам, и посоветовала соседке отнести ноутбук в мастерскую, от греха подальше. Денис задержался у Светы допоздна. Они разговаривали, смотрели ее фотографии, играли в лото. Им было интересно и легко вместе, и уже совсем не хотелось расставаться. Когда же Денис собрался уходить, Света, боясь, что больше его не увидит, так грустно на него посмотрела, что он улыбнулся:

- Я надеюсь, мне можно будет завтра тебя навестить?

- Давай только лучше через входную дверь, - с облегчением выдохнула она…

 

...Когда Света допела колыбельную, Антошка уже тихо сопел своим курносым носиком. Она на цыпочках вышла из детской и охнула, попав в объятья мужа: - Мадам, я Вас люблю! - голосом Карлсона сказал Денис и нежно поцеловал ее.

Карлсон.
Словотворие
6

Бывает ли любовь с детского сада? Света была уверена, что бывает. Она не помнила, когда влюбилась в Игоря. Ей казалось, что она такой и родилась.  Их дома стояли по соседству, мамы были близкими подругами, а отцы на пару пропадали на рыбалке. Дети играли в один мяч, тянули в разные стороны одну кошку, спали в одной будке, выгнав оттуда огромного Тузика, но, уже в школе, они стали отдаляться друг от друга, да и учились не в одном, а в параллельных классах. Вернее, отдалялся Игорь, у него появились свои друзья, другие интересы, а Света вздыхала, поглядывая на играющих в соседнем дворе мальчишек, но уже стеснялась попроситься к ним в компанию. Дело было в том, что Света была очень полненькая, большие щеки почти закрывали глаза, отчего те казались узкими щелочками. В школе ее дразнили «Светка в тесте». Она стеснялась своей полноты, старалась мало кушать, но похудеть не получалось.
Так шли годы, дети росли, взрослели, в девятом классе у Игоря появилась девушка, Тома Крачина, красивая и веселая. Только очень уж легкомысленная. Однажды Света увидела, как Тома заигрывала с Димкой, другом Игоря. То за руку его возьмет, то прижмется, будто ненароком. Света решительно подошла к ней и твердо сказала:
- Если встречаешься с Игорем, нечего к другим ластиться, не честно это!
- Ой, какие мы правильные! Что, сама в него влюбилась? – засмеялась Тома, - Катись, колобочек, расскажи ему!
Света не рассказала, не смогла. Но Игорь вскоре и сам понял, какая Тома на самом деле.
Однажды Света увидела, как он сидел, опустив голову, на скамейке у своего дома, и подошла к нему.
- Со своей Томкой поссорился?
- Она не моя! – буркнул Игорь, - Похоже, она общая. А мне нужна моя девушка, понимаешь, чтобы не предала, ни на кого не променяла! Вот скажи, такие бывают?
Как же хотелось Свете крикнуть: « Конечно! Я, я такая! Посмотри, я же тебя всю свою жизнь, с самого детства, люблю!» Но она только пожала плечами и твердо сказала:
- Конечно, бывают, и ты еще такую обязательно встретишь. Я тебе это точно говорю!
 Летом Игорь с родителями переехали жить в областной центр, в Ростов, его отцу предложили очень хорошую работу, а Игорь сможет там после школы поступить в ВУЗ. Когда они уезжали, Света не смогла выйти попрощаться, она проревела всю ночь и не хотела, чтобы любимый запомнил ее такую, красную и опухшую от слез. И так-то не красавица…
  Прошло восемь лет. Света окончила институт и работала в Ростове начальником отдела. Фирма у них была небольшая, и коллектив подобрался замечательный. Поэтому Света была даже счастлива, утром на работу она шла с радостью, этим редко кто может похвастать. А вот домой после работы не торопилась, там ее пока, кроме кота Тишки, еще никто не ждал.
 Как-то в обеденный перерыв выскочила Света в расположенный неподалеку магазинчик, подружка попросила тортик купить, у нее был день рождения, а она сама пока накрывала на стол. Света по тенистой аллее быстро дошла до магазина, купила торт и уже шла обратно, как вдруг увидела сидящего на скамейке красивого молодого мужчину в темных очках и с собакой. Она резко остановилась, это был Игорь! Как давно она мечтала его встретить, хоть просто узнать, как он живет, женился ли, есть ли у него дети? Счастлив ли он? Их родители почему-то не стали поддерживать дружбу и связь с ними оборвалась.
 Света набралась духу, почему-то спрятала торт за спину, и подошла к Игорю:
- Привет.
- Здравствуйте, - сухо ответил Игорь, даже не посмотрев на нее, - Надеюсь, вы не от Оксаны? Если от нее, передайте, пусть успокоится, я не собираюсь подавать ни на какие алименты, я и слепой смогу нормально прожить, без жены- предательницы.
Света замерла, Игорь ослеп? Как это произошло? Почему его бросила жена? Ведь так не может быть, жена должна поддерживать мужа в беде, а не переживать за какие-то алименты!
Из Светы так и рвались все эти вопросы, но она сказала совсем другое:
- У Вас замечательная собака! Я вообще собак очень люблю, но дома у меня только кот. Правда, он, если кого невзлюбит, то хуже собаки.
- Это собака-поводырь. Его зовут Зевс, - ответил немного потеплее Игорь и вздохнул, - он сейчас, наверно, мой единственный друг.
Игорь немного помолчал и вдруг спросил:
- Я Вас не знаю? Почему-то Ваш голос мне кажется знакомым.
- Нет, Вы меня не знаете, меня зовут Светлана, - почему-то ответила девушка.
- А я Игорь. Я знал в детстве одну Свету, она была моей соседкой, толстенькая такая, ее все Светкой в тесте дразнили, мне кажется, что она была в меня влюблена. Хорошая была девчонка, такая бы не бросила, как моя жена, - он так крепко стиснул зубы, что его губы побелели. -  А ведь я всего четыре месяца назад был перспективным архитектором. Теперь банальный инвалид. Смешной и жалкий, да? – он скривился в едкой улыбке.
- Глупость какая, если человек не видит, он, что уже и не человек? – возмутилась Света, она чуть не плакала, но говорила очень бодро и даже весело, - Вы слышите, чувствуете, говорите. Вы не калека, в конце концов. И, возможно, даже более полноценны, чем некоторые зрячие «недолюди». И жалеть я Вас не собираюсь!
 Игорь с интересом поднял голову, словно мог посмотреть на нее. Он улыбнулся:
- Приятно было познакомиться, Светлана.
- Игорь, а давайте прогуляемся, пройдемся по городу, Вы хоть и не видите, но ведь все слышите. А я Вам буду рассказывать обо всем, что увижу.
- Но Вам, наверно, некогда.
- Я только на минуту убегу и сразу вернусь, подождете меня? – в ее голосе проскользнули такие нотки, что Игорь недоуменно сморщил лоб и кивнул.
Света бегом бросилась в свой офис, сунула торт подруге, извинилась, сказала, что убегает по срочным делам и чтоб ее сегодня уже не ждали. Она бежала к своему Игорю, и ей было абсолютно неважно, что он ослеп. Света поняла, что до сих пор его очень любит.
 Игорь ждал ее. И вздрогнул, когда она подошла:
- Я думал, Вы не придете, - он встал со скамьи и пошел за собакой, негромко рассказывая:  – Мне не везет последнее время, полгода назад я узнал, что жена мне изменяет. Она, конечно, все отрицала, но спустя два месяца я, проезжая по улице,  я увидел их вместе. Она так нежно его обнимала, что мне стало жутко обидно, со мной она вела себя совсем по-другому, вечно злилась и постоянно ныла, что ей не хватает денег на одежду, на салоны. А я ведь очень неплохо зарабатывал. Я, как увидел их, так газанул и полетел, что буквально через пару кварталов меня занесло, хорошо, что никого не сбил. Врезался в столб, машина всмятку, я оказался в больнице. Ничего не поломал, но так ударился головой, что повредил какой-то нерв и ослеп. Врачи сказали, что зрение может вернуться, но это не точно. Как повезет.
 Игорь опять хмуро усмехнулся, а Света спокойно ответила:
- Давай на ты, хорошо? Человеку не может быть невезучим все время, он сам выбирает, что притянуть к себе: везение или наоборот. Хочешь быть счастливым, будь им! Тебе дали надежду, если ты будешь уверен в удаче, она обязательно придет. Я тебе это точно говорю!
Игорь вздрогнул, остановился, повернулся к ней и сказал:
- Я помню эти слова. Света, моя соседка, сказала так перед самым нашим переездом. И голос… Это ведь ты? Почему ты сразу не сказала?
Света замялась:
- Да, Игорь, это я. Испугалась, что не захочешь со мной разговаривать, со Светкой в тесте!
- Я ведь о тебе часто вспоминал, особенно после того, как женился на Оксане. Ты уверяла, что есть такие девушки, что не предадут, а мне попадались совсем другие. Наверно, я не туда смотрел. Теперь, когда  ослеп, я понял, что любить нужно сердцем, а не только глазами. На внешнюю красоту хорошо смотреть, а жить лучше с тем, кто красив душой, такого человека и полюбить можно на всю жизнь.
 Света и Игорь шли и разговаривали, она рассказывала ему о том, что видит: странных людей, смешные вывески, необычные витрины. Он удивлялся, что раньше никогда этого не замечал и в ответ говорил ей о звуках, о запахах. Им было очень интересно, они долго гуляли, даже прокатились в троллейбусе. К вечеру они, уже держась за руки, дошли до его дома.
- Пойдем к нам, мама будет очень рада увидеть тебя, - попросил он Свету и она охотно согласилась, ей очень не хотелось расставаться с Игорем.
- Здравствуйте, - открыла дверь тетя Поля,- Игореша, кто эта девушка?
- Это Света Белова, мама, ты что, не узнаешь?
Голос у тети Поля дрогнул:
- Не может быть! Проходи, как я рада-то! – она пропустила Свету в комнату и шепнула сыну:
-  Она такая красивая! И стройная! Вот бы тебе такую жену.
- Мне все-равно, мама, стройная она или полненькая, - так же тихо ответил ей сын, - я просто хочу, чтобы она была рядом.
Света и осталась рядом с Игорем. Они были так счастливы вместе, что никто и не вспоминал больше о его неполноценности.  Через три месяца они расписались, а еще через восемь Игорь присутствовал при родах, ему разрешили держать жену за руку.
 Он очень волновался и переживал. Игорь так ждал рождение малыша, что когда раздался первый крик сына, он заплакал от счастья и вдруг, вытерев слезы, увидел руку Светы в своей руке…

 

Светка в тесте.
Словотворие
12

Они смотрели друг на друга и у обоих в глазах стояли слезы. Надя подошла поближе к Алексею и тихо сказала:
-Как я соскучилась! Прости меня, Алеша. За все эти годы прости.
 Он молчал, просто смотрел на нее, не замечая, что слеза катится по его щеке…
В тот сентябрьский день 1979 года Наде исполнилось шестнадцать лет. Мама испекла торт, наготовила много вкусного и ушла к соседке, оставив дочку с сестрами и подружками веселиться. Когда наступил вечер, все засобирались по домам. Аня и Лена жили неподалеку, а вот  Тоня жила на другом конце села и за ней зашел ее парень, Валька. Они уже год как встречались. У них такая любовь была, все подруги обзавидовались.
- Надя, там Валька с другом пришел, пойдем, познакомлю, хороший парень, между прочим. Хочет в Суворовское поступать!
Надя с грустью посмотрела на груду посуды, вздохнула, но сказала:
- Ладно, пошли, только быстро.
Ребята стояли у калитки и первое, что выдала Надя, было:
- Ого, ты бы Пушкина без стула повесил!
Ребята удивленно посмотрели на девушку, а она, нисколько не смутившись, пояснила:
- Я вчера в классе свалилась со стула, когда вешала портрет Пушкина на стену. А ты такой высокий, что и так бы достал.
Алеша, действительно, был очень высокий, Надя макушкой ему  едва  до подбородка доставала. И еще он был очень симпатичный. Валя и Тоня уже давно ушли, мама пришла от соседки, с интересом посмотрев на незнакомого паренька, а они все не могли расстаться.
 Алеша был почти на год старше, но оба они ходили в десятый класс, только учился он в интернате, что находился на краю их села. Он со своим младшим братом Витей жил у тети, которая была их опекуншей, отец погиб три года назад, а мама недолго пережила мужа, от горя она ослабла и заболела. Врачи ничего не смогли сделать, старенький доктор сказал Алеше, что она «не захотела выздороветь». Алеша тогда горько плакал от обиды на маму, за то, что она их «бросила». Хорошо, хоть у них была тетя Оля, добрая и приветливая, она в племянниках души не чаяла.
С того самого дня Алеша и Надя встречались каждый день.  Вместе делали уроки, он помогал ей по дому, в школе, ведь она была там первая заводила. Все концерты, викторины и даже постановка спектакля – все организовывала непоседа Надя. 
Алеша наглядеться не мог на свою Малышку, как он ее называл, старался всегда быть рядом, чтобы никто не мог ее обидеть, пусть нечаянно.  Даже хотел отказаться от мечты поступить в Суворовское, чтобы не расставаться. Но Надя пообещала закончить педучилище и приехать к нему.
  На Выпускном вечере Надюшка, конечно, была ведущей и так забегалась, что забыла про Алешу, который тоже пришел на праздник. Он пытался пару раз пригласить ее, такую красивую в нежно-голубом платье, на танец, но она только отмахивалась и убегала. Тогда он вышел из школы и, грустный, пошел по темной улице. Вдруг он услышал крики и увидел, как дерутся несколько ребят. Подбежав, он увидел, как взрослые парни били подростка из его интерната. Конечно, он кинулся на помощь.
К несчастью,  один из хулиганов, Сачков, во время драки упал и насмерть ударился головой. Друзья погибшего, как один настаивали, что именно Алеша толкнул Сачкова. Алексей пытался доказать, что не трогал его, хотел только защитить мальчишку, но его, как уже совершеннолетнего, на семь лет отправили в тюрьму.
Надя плакала, а Алеша говорил ей, чтобы она училась, не замыкалась в себе, что жизнь продолжается, ей нужно выйти замуж и быть счастливой. Надя шептала: «Нет, нет, я не смогу», а он грустно улыбался и твердил: « Ты должна быть счастлива!»
 Надя поступила в их районном городе в педучилище, после десятого класса ее приняли на второй курс и сразу выбрали старостой группы, потом комсоргом, она занялась общественной работой и стала понемногу забывать Алешу. Нет, она писала ему, постоянно, но боль расставания понемногу утихала. Она уже не плакала по ночам, не искала его высокую фигуру среди прохожих. А потом…
 Потом ее вызвал директор училища и, укоризненно глядя на нее, мягко сказал:
- Ты ведь, Надюша, у нас одна из лучших студенток, комсорг. Нехорошо. Какой пример ты подаешь нашим учащимся? Переписка с заключенным, с убийцей, это ни в какие ворота! – директор перешел на угрожающий шепот: - Если ты не прекратишь это безобразие, придется тебя исключить из училища!
 Надя шла в общежитие и не понимала: она должна была ненавидеть себя за предательство, за то, что согласилась забыть Алешу, но чувствовала облегчение. Может, он был прав? Ей нужно учиться и жить, пусть и без него.
Вскоре в городе состоялся футбольный матч. Приехала команда из соседней области. Команда военных. Как девчонкам пропустить такое событие? Вот Надя с подружками и отправились поболеть, только почему-то за чужую команду. Приезжие футболисты заметили веселых симпатичных девчонок и помахали им с поля. А после игры они познакомились.
 Валерий был стройным красивым и взрослым. Он был старше Нади на двенадцать лет. И с обожанием смотрел на невысокую худенькую красавицу. Веселую, но такую скромную. Мечта, а не жена! Он решил добиться ее согласия стать его женой. Ухаживать и говорить комплименты он был мастер, к тому же рассказывал, что живет с мамой в городе, в большом добротном доме, денег столько, что тратить не успевает, не пьет, по дому все сам делает. Обещал, что Надя пойдет в институт и когда-нибудь станет директором школы. А любить  и беречь он ее будет, как самый нежный цветок!
  И вечером на следующий же день Валера с другом, оба в военной форме, красивые, с огромным букетом цветов пришли в общежитие. Когда Надя вышла к ним, Валера встал на колени и с жаром попросил ее руки.
У Нади кружилась голова от его красоты, его слов, от мыслей о счастливой жизни в достатке и любви. Ведь она достойна этого, даже Алеша ей об этом говорил. Вспомнив Алешу, Надя немного скисла, но стряхнула с себя чувство вины и согласилась! Валера подхватил ее на руки и поцеловал. При всех! Надя покраснела, вырвалась из его рук и убежала в свою комнату. А он стоял и блаженно улыбался.
- Наденька, ты же его совсем не знаешь, - сомневалась мама, - бросаешь училище, хочешь уехать в чужой город. Любишь ли ты его, чтобы решиться на это?
- Ой, мам, люблю, не люблю, он такой красивый! И богатый! Вот увидишь, я буду самая счастливая! И институт закончу, он обещал.
 Но мама только грустно качала головой…
 Как военному, Валере можно было регистрировать брак всего через три дня. Они расписались. На роспись приехала мама Валеры, она оказалась очень милой женщиной и сразу подружилась с Надиной мамой, чем только закрепила уверенность в правильном Надином решении.
 Но проблемы начались сразу после свадьбы. Валера, добившись своего, сразу почувствовал себя хозяином положения и не очень-то церемонился с женой. Особенно в первую брачную ночь. Надя не знала, как все должно происходить, поэтому приняла эту боль, как должную, но очень неприятную обязанность. Через два дня они уехали.
И началась семейная жизнь.  Но совсем не такая, какой расписывал ее Валера. Дом у них был большой и свекровь оказалась хорошим человеком, но муж… Валера хорошо зарабатывал, только Надя эти деньги не видела, он не разрешал ей покупать красивые вещи, категорически запретил учиться в институте. Уже через полгода после рождения дочери Кати, он устроил Надю ученицей продавца, а свою маму заставил сидеть с малышкой. Надя, конечно, расстроилась, что не сможет учиться в пединституте, но с радостью вышла на работу, ей было очень тяжело сидеть взаперти.
 Уже через месяц она работала продавцом, ее выбрали в профсоюз, она стала уважаемым членом коллектива, но дома все становилось только хуже. Со временем Валера начал пить, скандалить, пропадать ночами и даже не скрывал, что изменяет жене.
- Ты холодная змея! – кричал он пьяный, - Жена должна ублажать мужа, а не спать с дочерью в другой комнате!
 Надя ничего не могла с собой поделать, она страшно боялась ночей, этой боли и грубости. Как могла, избегала она близости с мужем, но и простить измену ей было тяжело. Не такой представляла себе она счастливую жизнь и никогда она не сможет полюбить Валеру. Но и вернуться к маме ей было стыдно. Сама же кричала, что у нее все будет хорошо! Надо терпеть.
- Мамочка, - сказала Катюшка однажды, когда они шли из детского сада, - я не хочу идти домой. Я папу боюсь. Он вчера сказал, что если я еще раз заплачу, он меня убьет. Я сегодня не могла заснуть, боялась, что во сне заплачу и он придет меня убивать. Давай уедем к бабушке, он там меня не тронет.
 У Нади сдавило сердце от боли. Нет, она больше не могла жить рядом с этим чудовищем! Надя подняла дочь на руки и быстро пошла домой.
Через неделю, когда Валера был в командировке, Надя попрощалась со свекровью, которая только пожелала ей счастья, и уехала к своей матери.
 Прошло три года. Надя закрыла магазин и устало пошла по вечерней улице. Вдруг она увидела высокого мужчину, который стоял у нее на пути. Из-под вязанной черной шапки на нее смотрели такие родные глаза. Надя остановилась. Только сейчас она поняла, как соскучилась по Алеше. Она никогда не забывала его, понимала, что наказана за предательство, и надеялась, что у него все хорошо. Она молила Бога, чтобы он был счастлив. Пусть с другой, но счастлив.
Они стояли и смотрели друг на друга. За эти несколько минут, казалось, вновь пролетела вся их тяжелая жизнь. Они вспомнили надежды, любовь, боль, предательство…
- Прости меня, Алеша, - повторила Надя.
 Он молча повернулся к ней спиной. Надя почувствовала, что от слез не может дышать, но знала, что заслужила это. Вдруг Алеша обернулся и протянул ей руку:
- Пойдем домой, Малышка.

 

Прости меня, Алеша...
Словотворие
8
Первый визит Семена Семеновича к врачу
Словотворие, Фоторепортаж
22

Ольга Дмитриевна была рада тому, что Юля устроилась работать почтальоном. Все при деле. Может, ума наберется и в следующем году в институте восстановится. Почему дочка бросила учебу в областном городе, она так и не узнала. Юля не захотела рассказывать. Только  про какую-то кражу заикнулась и все, больше ни слова. Месяц просидела в своей комнате. Потом пошла и устроилась на почту. 
 Юля тяжело вникала в суть работы почтальона. Вроде и ничего сложного, да только голова у нее совсем о другом думает. Юля взяла себя в руки и сосредоточилась. Сегодня она первый раз будет разносить пенсию. Ей выдали немаленькую сумму, список, кучу наставлений и она вышла из здания почты. Ее участок был самый отдаленный, на окраине. Но Юля не видела в этом проблему, она напевала веселую песенку, когда зашла в маленький, неуютный двор между старыми пятиэтажками. Во дворе никого не было. Юля направилась к первому подъезду, как вдруг к ней подбежал парень в спортивной куртке. Лица его Юля не рассмотрела, он подскочил сзади, к тому же на его голове был надет капюшон. Парень так резко дернул за ее рабочую сумку, что Юля не устояла и упала, больно ударившись головой об асфальт и выпустив сумку из рук. Когда она смогла подняться, ни парня, ни сумки уже не было. Юля некоторое время постояла, оглядываясь и будто надеясь, что грабитель вернется и принесет ей сумку со словами: "Уж и пошутить нельзя!". Но поняла, что это всерьез. И со слезами побежала обратно на почту. 
Потом заявление в полицию, дача показаний. И ...  Юля - главная подозреваемая. Следователь, Инга Витальевна, оказалась очень дотошной, вот и докопалась до происшествия в институте. Теперь Юле никто не верил и ее задержали. Ее обвиняли в том, что она сама спрятала деньги и ударила голову, чтобы все было похоже на ограбление. Как ни доказывала следователю девушка, что на нее напали, описывала, как могла, грабителя, объясняла, что в институте она ничего плохого не сделала, ей не верили. И свидетелей у нее не было.
Юля находилась под стражей уже третьи сутки. Она почти смирилась с тем, что попадет в тюрьму, как вдруг ей заявляют, что она свободна! Не веря в такое счастье, она спросила у недовольной Инги Витальевны:
- Вы поймали настоящего грабителя? 
- Нет, но поймаем. Просто нашелся свидетель. Он полностью подтвердил твои показания. Видел все из окна. Так что тебе повезло. Если бы не он... - она криво усмехнулась.
"Вы бы меня с радостью посадили", - подумала Юля, а вслух спросила:
- Можно мне этому свидетелю спасибо сказать? Он здесь?
- Нет, но сказать можешь. Он в том доме в третьей квартире живет. Окна как раз во двор выходят. 
Юля бегом побежала домой. Она представляла, что думает о ней мама, как переживает. Ольга Дмитриевна, действительно, что только не передумала: и что дочь связалась с бандитами, и что начала употреблять всякую гадость, и что ей угрожали. От таких мыслей она даже разболелась. А тут Юля прибежала домой, измученная, но радостная, обняла и успокоила маму.
На другой день Юля сходила на почту и написала заявление об уходе. Больше не хотела она работать почтальоном. Потом подумала и решила поблагодарить своего спасителя. Она представляла его пожилым мужчиной, подумав, что в окно чаще всего смотрят старенькие люди, которым больше и делать то нечего. Юля купила несколько больших красных яблок, ярко-оранжевых апельсинов и с опаской вошла в тот самый двор.
Но сегодня там не было пусто, две молодые мамочки гуляли с колясками и звонко над чем-то хохотали. Юля облегченно вздохнула и прошла в первый подъезд. Нужная квартира была на первом этаже. Дверь деревянная, обитая утеплителем. 
- Кто там? - раздался старческий голос сразу после того, как смолкла трель звонка.
- Я хотела Вас поблагодарить за то, что Вы меня спасли, рассказали полиции правду о нападении на меня.
- Ничего я не говорил, иди отсель, - довольно грубо ответил ей старик, но вдруг защелкал замком, ворчливо сказав кому-то: - Ладно, ладно, впущу я ее.
Дверь отворилась, и Юля увидела старичка, хотела вручить ему фрукты, но он замахал в сторону комнаты:
- Иди, ужо, там он.
Юля пошла. Осторожно заглянула в комнату и увидела молодого парня на инвалидной коляске. Он улыбнулся и просто сказал:
- Ты Юля? Заходи. Меня Олегом зовут. Олег Некрасов.
- Классная фамилия. А я Капуста. Папа нас с мамой такой фамилией наградил и смылся в неизвестном направлении, - фыркнула Юля, а Олег звонко рассмеялся. Так по-доброму и от души, что
Юля засмеялась вместе с ним.
- Ты юморная. Давно я так не смеялся. С дедом не очень-то повеселишься, ему все в этой жизни не так. Особенно после той аварии, - перестав улыбаться, добавил Олег, - Как ты себя чувствуешь? Ты же тогда сильно ударилась головой, я видел, но помочь не мог. Хотел Скорую вызвать, а ты уже поднялась и ушла. Ты извини, что я сразу в полицию не позвонил, не знал, что у тебя такие проблемы. Это вчера баба Таня, соседка, нам с дедом рассказала, она все знает. Я почти уверен, - прошептал Олег, - что у нее свои агенты в полиции. И не только. 
Юля улыбнулась и махнула рукой:
- Ничего, главное, обвинение с меня сняли. Спасибо тебе. Если бы не ты...
- Да ладно. Рад, что помог. Хоть тебе. Я бы хотел еще кому помочь, но крепко привязан.  Уже второй год. Пришлось из института уйти, я ведь на врача учился, хотел хирургом стать. Теперь только через интернет держу связь с миром. А ты учишься?
Юля вздохнула тяжело, а потом рассказала, почему из института ушла. Олегу первому рассказала. 
-У одной девчонки из нашей группы пропали дорогущие часы. Она их на лабораторной сняла и в карман кофты положила, а когда занятия закончились, обнаружила, что их нет. Все ребята были на месте и все отрицали. А я уже ушла, голова разболелась, я и отпросилась пораньше. Вот все на меня и подумали. Она заявление в полицию написала. Приехали ко мне на квартиру, которую я снимала, я ничего не могла понять, и у меня, конечно, ничего не нашли. На другой день вся группа от меня отвернулась, даже мой парень, Сергей. Я в панике, пытаюсь всем объяснить, слушать не хотят. Я вечером к Сергею домой пришла, он радостный, словно в институте ничего и не было, обнял, побежал на кухню кофе варить, а я расстроенная, споткнулась об его обувь в прихожей, чуть не упала, за его куртку схватилась, и в кармане что-то металлическое нащупала. Ну и залезла в карман. Знаю, нельзя. Но там были эти часы! Я как чумная, стою, на них смотрю, Сергей вышел из кухни и как заорет, зачем, мол, ты по чужим карманам лазишь? Он, вроде, их сегодня на полу в институте нашел. А у самого глазки бегают. Ну и начал умолять, чтоб никому не говорила, он тогда пропадет. А я не пропаду? Я часы забрала и ушла. На другой день девчонке часы на стол положила, сказала, что нашла в раздевалке, и забрала документы из института. Не могла я там больше учиться. А когда меня ограбили, следователь в институт позвонила и об этом случае узнала. Вот и не поверила мне. Так что, если бы не твоя порядочность, я бы в тюрьму попала.
Олег улыбнулся:
- Вот и я деду говорю, надо выручать девушку, а он все ворчит, обо всех, мол, думаешь-переживаешь, кто б о тебе подумал, на улицу выйти некому помочь. Дед то уже слабый.
- Ой, а давай я с тобой погуляю! - обрадовалась Юля, - Я никуда не спешу. А дед пусть пока яблоки пожует.
Она помогла Олегу выехать на коляске на улицу. На улице было довольно тепло и солнышко светило так ярко, что уже никто не сомневался: весна наступила! Олегу и Юле было так весело и легко вместе, что время до вечера пролетело незаметно.
- Олег, можно узнать, а что же произошло с тобой год назад? И почему ты живешь с дедом? - спросила Юля, когда они уже поднимались в квартиру.
- Авария, - просто ответил Олег, - ехал домой на такси, а водитель слишком резкий попался, подрезал всех, ну и... Мне сделали операцию на позвоночнике, сказали, что все хорошо, должен ходить, а я встать не могу. Но я уверен, я обязательно встану. Ведь мне еще нужно дом построить и сына родить. Деревья я уже садил, в парке. А дед, он меня с малого вырастил, родители не очень-то обо мне беспокоились.
Они заехали в квартиру и Юля спросила: 
- Олег, можно я еще приду к тебе? Пойдем опять гулять.
Олег грустно посмотрел ей в глаза и спросил:
- А нужно ли? Мне сегодня было так хорошо, что я боюсь привыкнуть. Ты из благодарности придешь еще пару раз и все, а мне потом будет очень больно. Не приходи больше, пожалуйста. И звонить не надо.
Но на другой день Юля все же пришла: 
- Прости, Олег, но мне очень захотелось прийти, ты не против?
Он ничего не сказал, потому что сам всю ночь мечтал об этом.
Так прошло две недели. Юля устроилась санитаркой в местную больницу, но в свободное время сразу бежала в этот негостеприимный поначалу двор, в квартиру номер три старой пятиэтажки. К неунывающему парню с доброй улыбкой. Юля возила Олега по улицам города, в парк, рассказывала ему стихи, которые писала в детстве, а он ей разные удивительные и необычные факты, найденные в интернете. Все было так замечательно, что, когда однажды Юля не пришла, Олег сначала не испугался, но через день он уже не отъезжал от окна. Боялся пропустить Юлино появление во дворе. Так он и просидел у окна трое суток. Дед ворчал, мол, я же говорил. А Олег смотрел во двор. Он теперь ужасно жалел, что так и не дал Юле свой номер телефона. 
 «Значит, не судьба, - наконец постарался утешить себя Олег, - Проживу и без нее». 
Он скрипнул зубами и взялся за колеса коляски, чтобы отъехать от окна, как вдруг увидел знакомую фигурку! 
Юля бежала, запыхавшись, она смотрела в его окно и страшно боялась, что ее там уже не ждут. Но она не могла прийти раньше, мама сильно заболела, и ее никак нельзя было оставить одну! 
И вдруг Юля увидела, как в окне на первом этаже мелькнула фигура молодого мужчины. Не может быть! Олег стоял у окна, опершись о подоконник руками и прижавшись лбом к стеклу! Он был счастлив! А Юля остановилась и почему-то расплакалась…
Олег все же стал хирургом и смог помочь многим людям. А Юля выучилась на медсестру, но пока сидит дома, с трехлетним Алешей и двухмесячной Алиночкой. И все время смотрит в окно, чтобы первой помахать своему любимому мужу, возвращающемуся с тяжелого дежурства.

 

Окно на первом этаже.
Словотворие
1 12

 В село Березовка мы с женой приехали год назад. Раньше жили в основном по городам. Я военный пенсионер, а жена Марина по образованию воспитатель. С работой здесь, конечно, сложно, но жену в детский сад воспитателем взяли, хоть она и не работала давно. А я решил хозяйством заняться. Пенсией я уже обеспечен, можно и для души пожить. Дочка Женя осталась жить в Подмосковье, она недавно замуж вышла, обещала с внуками не затягивать. Будут потом к нам в гости приезжать. Так что мне есть чем заняться, нужно наш новый дом и двор до ума довести. 
Инструмент я кое-какой приобрел, а вот навыки еще далеко не все. Особенно плотник я ужасный. Но тут мне помогает мой сосед, Витек. Хороший парень, веселый!  Руки золотые! Только очень уж любвиобилен. В свои сорок два он еще не был женат, говорит, не встретил еще королеву, к ногам которой готов упасть навеки! 
 И каждый раз после своего очередного кратковременного романа, довольный Витек подтрунивал надо мной:
- Васек, ты слишком верный муж, а для крепкой семейной жизни надо ее, эту жизнь, разнообразить. То бишь, налево сходить. 
- Ты-то откуда знаешь, сам же женат никогда не был.
- Брат рассказывал. Говорил, что после каждой интрижки так жену ценить начинал, что месяц ее на руках носил. Мол, все равно она лучше всех оказывалась. Она, если и догадывалась о причине этих приступов любви, не сильно и протестовала. И тебе, Васек, надо попробовать.
А я ведь никогда и не смотрел ни на кого. Не то чтоб так сильно жену любил, все ж уже серебряную свадьбу отметили, как то и притупились чувства, просто стесняюсь я чужих женщин. 
Тут я присмотрелся к своей Марине: волосы всегда в хвост убраны, серенькая, никогда не подкрасится. На работу в блузочке бледненькой с юбкой ходит, а дома старый халат наденет и довольна. Скукота!
- Марин, а почему ты никогда не подкрасишься, стрижку не сделаешь? - спросил я как бы невзначай.
- Да кому я нужна со стрижкой? Еще и краситься! - фыркнула и отмахнулась жена.
"Вообще-то мне нужна красивая жена, я же мужчина все-таки", - подумал я, но вздохнул и ничего не сказал.  
 На днях пошел я в местный сельмаг за гвоздями, а там... новая продавщица. Не молоденькая, но глазки горят, губы улыбаются! 
И кольца на безымянном пальце нет. Я в тот момент оказался единственным покупателем, и так долго расспрашивал ее о разновидностях гвоздей, что она просто так сказала:
- Меня Майя зовут. А тебя?
Я растерялся, а потом Витька вспомнил, вернее методику его брата, и постарался улыбнуться побрутальнее:
- Васек, ой, ну то есть Василий. Между прочим, бывший военный. 
- А я так военных люблю! - обворожительно закатила глазки Майя. - Всегда мечтала любить полковника.
- Ну, до полковника я не дослужился, но майорские погоны имеются, - не роняя достоинства, ответил я и подумал: "Может попробовать метод Васькиного брата? И с девушкой приятно пообщаюсь, и жену на руках потом носить начну." О том, что последствия могут быть совсем другие, я даже не подумал. Не опытный я в этом деле, что поделать.
Слово за слово, да и  договорились мы с Майей в ее выходной через пару дней в лес пойти, ягоды поискать. Маринка моя на работе как раз будет. 
Встретились мы с Майей на опушке, она с корзинкой плетеной, в платочке цветастом, ну прямо девица из сказки. А я ведерко в руках держу, а в ведерке бутылочка наливки, да бутерброды с колбаской. Это меня Витек надоумил, я ж ему про Майю рассказал, по-дружески. Он даже в магазин сбегал, на нее посмотреть. Вернулся только почему то расстроенный. 
Вот мы с Майей по лесу идем, за ручки держимся, у меня душа поет, птичкам на деревьях подпевает. Иду и  решаю, жену по дому на руках носить буду или во двор выйти, там места больше?
Дошли до полянки, травка шелковая, ромашки вокруг цветут, красота! Майя вдруг остановилась, руки мне на плечи положила и в глаза томным взглядом посмотрела. Тут я понял, что между прогулкой по лесу и чувством вины перед женой должно произойти еще кое-что, к чему я оказался все-таки не готов. 
- Ой, смотри, - вскрикнул я и показал Майе на кусты, росшие рядом, - Сколько малины!
Майя оглянулась и обрадовалась:
- Как здорово! Я пойду пособираю, а ты пока тут располагайся, - губки томно закусила и как козочка поскакала к кустам.
Я вздохнул с облегчением, оглянулся, подыскивая местечко для пикника, и вдруг увидел, как из леса, рядом с собиравшей малину Майей, вышел медведь. 
Маленький еще, пестун, наверно, но настоящий. Я никогда раньше медведей вживую не видел, и что делать не знал. Но даму спасать надо! Я воздуха полную грудь набрал, замахнулся своим ведром, заорал самым истошным голосом, каким только мог и бросился прямо на медведя.  Майя, которая медведя так и не заметила, увидела, как я несусь к ней с бешеным выражением лица, замахнувшись ведром и истошно вопя, решила, что я маньяк какой-то и так перепугалась, что бросила свою корзинку и, визжа,  полетела сломя голову в сторону нашего села. Медведь, наверно, тоже был девочкой, потому что перепугался летящего в него ведра, наших воплей и визгов не меньше ее и ломанул в противоположную  сторону с таким же ускорением. 
Через несколько секунд я остался один. Отошел поскорее от кустов малины и побрел домой. Иду, думаю, неспроста мы медведя этого встретили, я даже рад, что так получилось. Ведь чтобы Маринку свою на руках носить мне никаких интрижек не нужно, я ее и так люблю. Вдруг слышу, плачет кто-то, выхожу из леса, а там Витек мою Майю успокаивает. Она как меня увидала, за его спину спряталась. Витек мне кулак показал и вроде как грозно крикнул: 
- Не смей девушку обижать!  Я тебя не боюсь! - а сам мне обоими глазами подмигивает.
Я вздохнул, рукой на них махнул и домой пошел. 
Пришел, а во дворе зять на скамейке сидит. Меня увидел, обрадовался. Рассказал, что они  для меня сюрприз приготовили. 
Женя с мамой сейчас обед праздничный готовят, курочку, да пирог с рыбой, мой любимый.
Я домой забежал и замер. На меня, улыбаясь, смотрели Женя и безумно красивая Марина. Она, оказывается, сегодня взяла выходной, знала, что дочь с мужем приедет, и сходила в парикмахерскую, слова мои она все-таки запомнила. 
- Привет, папочка, - бросилась ко мне дочка, - у нас для тебя сюрприз: скоро ты станешь дедушкой.
Я крепко обнял Женю, поцеловал ее и подхватил на руки Марину:
- Мы теперь с тобой самые счастливые! - воскликнул я - А ты у меня самая красивая! Я вас очень люблю!
Это был один из самых счастливых моих дней. Я понял, что не нужны мне никакие сравнения и измены, чтобы понять, как я люблю свою семью. И решил больше никогда не слушать чужие глупые советы.
А Витек то женился на Майе. Сказал, что она его королева.  И что он даже мне бы ее не отдал. 
А мне и не надо!

В лес по ягоды.
Словотворие
6

- Олеся, любимая, я закончу институт, получу специальность и обязательно заберу тебя отсюда. На каникулы приезжать буду, и по телефону будем разговаривать. Не успеешь соскучиться, я уже на Новый год приеду.
- Я уже соскучилась, заранее...
Денис поцеловал Олесю и сел в машину. Родители повезли его в город, на вокзал. А дальше Питер. Там у него старший брат. Он закончил тот же институт, куда Денис сейчас поступил, и уже работает. Олеся тоже окончила школу, но поступила в районном центре в колледж, на медсестру. С Денисом они встречались уже больше двух лет и она его очень любила. Они вместе делали уроки, занимались спортом.  И строили планы на будущее. Это было их любимое занятие. Они мечтали, как будут жить в большом городе, у них будет двое детей: мальчик и девочка. Сын будет спортсмен, а дочка музыкант. Дома все полки в шкафу будут заставлены кубками и грамотами. Только нужно подождать, пока Денис закончит институт.
Олеся очень скучала, но она сжимала зубы и терпела. Звонил Денис сначала каждый день, потом реже, говорил - нет времени, учиться надо. Олеся понимала и не обижалась. 
На Новый год Денис приехал с подарком: привез ей большого белого медведя.
Олеся даже заплакала от счастья, а потом вспомнила, что он скоро опять уедет и заревела еще больше.
Летом Денис приехал на летние каникулы. Олеся наглядеться на любимого не могла, возмужал, стрижку модную сделал. 
- Какой ты у меня красивый - шептала она между поцелуями, - Боюсь, уведут тебя городские красавицы. 
- Да кому я там нужен, из деревни то. Местным девицам богатых подавай. Да чтоб папы бизнесмены были.
Что-то кольнуло тогда в душе Олесю, но только позже она поняла, что Денис не сказал ей о том, что любит только ее, он расстраивался, что не подходит местным красавицам. Звонил он ей редко, о том, что скучает, говорил теперь еще реже. На следующий Новый год Денис не приехал. Позвонил, поздравил Олесю, извинился, мол, родители сами туда приехали, он им будет город показывать. А он летом приедет.
Приехал, но Олесе даже не сообщил об этом. Она от соседей узнала. Прибежала, обняла крепко. Денис сначала как-то не сильно обрадовался, потом ничего, поцеловал, стал об учебе рассказывать. Опять стали они каждый день встречаться. Только чувствовала Олеся, что изменился Денис, холоднее стал к ней, о будущем больше не говорит. Но даже спросить боялась о причине .
- Любимый, ты же не передумал меня после учебы к себе увезти? Не забыл, о чем мы вместе мечтали? 
- А чем тебе здесь-то плохо? Там, в Питере, холодно. И квартиру снимать дорого. И вообще, я не знаю, сам  смогу ли устроиться, еще и тебя туда тащить.
Олеся смотрела на Дениса и не верила тому, что слышит. "Тащить"? Это же он мечтал, дождаться не мог, как окончит институт, и она приедет к нему, а теперь, значит, уже не нужна? 
Заплакала она и убежала. Денис и не подумал ее догонять, плечами пожал и домой пошел. Два дня прождала его Олеся, надеялась, придет мириться. Не дождалась, сама пришла к нему, а его мама ее даже в дом не пустила, холодно сказала ей прямо во дворе:
- Денисочка на море уехал, в Питере климат сырой, ему нужно сил набраться перед учебой. А ты, - прервала она, хотевшую было что-то спросить Олесю, - Ему больше не звони, ни к чему это. У него в Питере девушка есть, богатая, между прочим. С машиной. И квартирой. Куда тебе до нее. Денис ей скоро предложение делать будет. Так что забудь, поищи себе кого попроще, по себе, - повернулась и гордо задрав голову, ушла в дом.
Олеся побежала домой и закрылась в своей комнате. Слезы душили ее, она хотела упасть в обморок, умереть, потерять память, но нет, она все помнила и чувствовала жгучую боль в душе, в своем сердце и не знала, как ей жить дальше. Вдруг она замерла, а если мама Дениса ее обманула? Олеся схватила телефон и написала Денису сообщение: " Ты, правда, хочешь жениться на другой?" Она почти не дышала, ждала, не отрывая взгляд от телефона. Ответ был как приговор "Да"...
Следующим летом Денис приехал уже с женой. На машине. Олеся специально прошлась мимо и видела их во дворе. Жена Дениса была невысокая и полная. Коротенькие шортики жутко на ней смотрелись, но никого это не смущало. Денис и его родители ей чуть не в пояс кланялись. Олесе стало противно и она ушла.
Через год вышла она замуж за Толика. Зачем и сама не знала, наверно, устала вспоминать Дениса, хотела, чтобы ее тоже любили. Да только не получилось у них счастливой семьи. Не знала она, что Толик тот еще любитель выпить. А его родители надеялись, что он женится и остепенится. До рождения Костика Толик еще худо-бедно держался, а потом как начал сына обмывать, так и практически не заканчивал. Каждый день пьяный домой приходил. Хорошо, хоть мама его помогала с ребенком, Олесе же надо было колледж закончить. Толик не буянил, не дрался, даже сынишку по-своему любил, поэтому терпела Олеся, не бросала мужа. Пока опять не появился Денис.
Однажды пришло неожиданное сообщение с неизвестного номера: " Олеся, любимая, прости, дурак я был, променял тебя на куклу с машиной. Позвони мне. Я развелся. Скоро приеду. Люблю тебя."
Олеся два дня перечитывала сообщение. Не верила, верила и опять не верила. Любовь к Денису с новой силой разгорелась у нее в душе и она позвонила...
Через неделю он приехал. Это было безумие! Таким пылким и любящим Олеся его еще не знала. Она задыхалась одновременно от счастья и чувства вины. Да, она никогда не любила Толика, он был ей неприятен, но он пока еще оставался ее мужем. А она ему цинично изменяла. Через несколько дней Толик все же узнал, что Олеся встречается с Денисом, попытался устроить скандал, потом заплакал, размазал сопли по грязному лицу и уснул. А Олеся собрала вещи и с Костиком ушла к своим родителям. Через два дня она подала на развод.
Еще неделю счастья подарила ей судьба. Денис был рядом, он ее любил по-прежнему и даже сильнее. Обещал вскоре забрать ее в Питер, как только снимет квартиру. После окончания института он все никак не мог найти хорошую работу. Но он обеспечит Олесю и малыша, все будет хорошо!
Денис уехал. Олеся жила у родителей, ждала, когда позовет Денис. Но он просил подождать. Сначала устраивался на работу, потом искал квартиру, потом он уволился и искал другую работу, а потом... Олеся позвонила ему, но ей ответил женский голос:
- Ты Олеся? Я знаю про тебя, и я его простила. Можешь больше не звонить. Денисочка вернулся ко мне и у нас скоро родиться ребенок. И между прочим мы не разводились. Так что можешь стереть его номер телефона.
Олеся смотрела на потухший экран и не верила. Может это дурной сон? 
- Мама, я сплю? - тихо позвала она.
- Что ты говоришь, доча? Иди Костика покорми. Олеся, с тобой все хорошо?
Но Олеся потеряла сознание…
 - Привет, Олеська, ну ты и красавица стала!  А это твой сынишка? Как он похож на тебя, - услышала Олеся в маршрутке.
На нее смотрел, улыбаясь, очень худой молодой мужчина в черной вязанной шапочке. Она не сразу узнала в нем одноклассника и соседа Мишку Петрова. Его пять лет назад посадили в тюрьму. Он не был бандитом, наоборот, девчонку в городе от троих пьяных хулиганов отбил, а среди них сын мэра города оказался. Мишка ему пару зубов выбил, пока девчонку спасал, это он в школе на бокс ходил, вот и вспомнил приемы. Девчонка уже на другой день от показаний отказалась. Глаза от Мишки на суде прятала и только прошептала "Прости". Он и не обиделся, знал, что она это не со зла. Они сильнее ее. И сильнее Мишки. А недавно он вернулся. 
 Олеся за руку с Костиком и  Мишка шли с маршрутки по их улице и разговаривали. 
Подошли к дому Олеси, Костик убежал в дом к бабушке, а Олеся и Миша присели на лавочку и долго говорили. Мишка был очень хорошим человеком, Олесе он всегда нравился, вот она и рассказала ему всю свою беду. И про Дениса и про мужа.
- Устала я быть несчастливой. Встретить бы хорошего человека, выйти б за него замуж, только чтоб любил меня всю жизнь, я бы ему самой лучшей женой была. И про Дениса бы забыла, - вздохнула Олеся.
А Миша ее за руку взял, присел перед ней на корточки и в глаза заглянул:
- Не побоишься за бывшего зэка замуж пойти? Я же тебя еще со школы люблю, только ты ни на кого, кроме Дениса своего не смотрела. Я даже поступать никуда не стал, не мог далеко от тебя уехать. На водителя только и выучился. Но я тебе обещаю, обеспечить я тебя с сыном смогу. И хорошим мужем буду, вот увидишь. Ты согласна?
Олеся, молча, встала со скамейки и пошла во двор. Дошла до двери дома, постояла, потом резко повернулась и быстро вернулась к оставшемуся за калиткой Мише:
-  А как сильно ты меня любишь?
Миша сначала растерялся, а потом улыбнулся:
- Примерно на троих мальчишек и двух девчонок.
Олеся серьезно посмотрела ему в глаза и сказала:
- Тогда я согласна.
Через три года у Петровых было уже два мальчика и одна девочка. Олеся подметала во дворе опавшие с деревьев листья и с улыбкой смотрела, как Костик учит двухлетнего Артема ездить на самокате. Захныкала в коляске маленькая Дашенька, Олеся поправила на ней одеялко и услышала, как пиликнул телефон. Она открыла сообщения и вздрогнула: " Олеся, любимая, прости. Люблю, хочу увидеться. Скоро приеду. Я развелся. Честно."
Она посмотрела на хохочущих мальчишек, на улыбающуюся во сне дочку и быстро напечатала: "Я очень счастлива. Без тебя. Прощай." 
Потом положила телефон в карман и облегченно вздохнула.

Счастлива без тебя
Словотворие
7
Кузьма и Дед Мороз
Словотворие
1 1

Баба Шура заболела. Не так, как раньше, что покашляет, настоечкой дед Иван ее разотрет, отваром травки горло она пополощет и хорошо. Серьезно заболела. Уже почти два месяца с кровати не встает. Похудела, морщинистое лицо стало бледным, глаза потускнели, губы не поднимаются в лукавой улыбке. Дед Иван втайне слезы вытирает, не может он представить себе жизни без любимой Сашеньки. Уже без малого пятьдесят лет вместе. Сколько всего пережили, одного маленького сына похоронили, двоих, да еще дочку вырастили. Уже вон, двенадцать правнуков родилось, восемь мальчиков и четыре девочки. Разъехались, правда, дети и внуки по стране, не захотели в деревне жить, но навещают, не забывают стариков. Звонят каждый день, переживают за маму, за бабушку. Дед Иван подошел к стене, на которой висело множество фотографий, улыбнулся, не зря жизнь прожита, хороших людей оставляют они после себя, сумели воспитать достойно.
Вздохнул он, подошел к жене, присел на табурет рядом с кроватью.
- Шурочка, может чайку с малиной тебе навести? Ты же любишь такой, - спросил он ласково.
- Не хочется что-то, вздохнула старушка и задумалась: - Вот я что думаю, Ванечка, помру я скоро, один ты останешься. Дети далеко, уехать к ним и дом наш бросить ты не захочешь, ведь каждый гвоздик в нем знаешь, каждую трещинку помнишь. Надо будет тебе женщину подыскать. Хорошую, чтоб за тобой смотрела, дом и хозяйство в руках держала. Добрая чтоб была, но не дура. Может Надьку Белиху? Давно без мужа живет, еще корову да коз держит, будет тебя творожком да сметанкой кормить.
Дед Иван сначала хотел возмутиться, рукой на жену махнуть, мол, что удумала, помирать, да его женить, а потом хитро ухмыльнулся в сторону и серьезно ответил:
- Нет, Шурочка, не хочу Надьку, больно уж она полная, еще и я с ее сметаны растолстею, а мне с моим давлением ну никак нельзя. Да и недаром она трех мужей схоронила. Нет, может, кого другого подыщем?
Баба Шура немного удивленно на мужа посмотрела, думала, он открещиваться начнет, а он то, оказывается, и непротив.
- Может Анну Никифоровну? – спросила она деда, - Бывшая директор школы, культурная, за мужем лежачим лет семь ухаживала, значит ответственная.
- Шурочка, что ты?! Я еще в молодости от нее еле отбился. Она все ко мне цеплялась, однажды прижалась зимой в клубе, шепчет командирским тоном: «Мне холодно, согрей меня». А я возьми да и ляпни, мол, на костре согреешься! С тех пор ненавидит она меня, я же даже в школу на собрания никогда не ходил, боялся с ней встретиться. А Петрович, верно, сбежал от нее, на тот свет-то, ногами-то уйти уж не мог.
- Что ж ты мне никогда об этом не рассказывал? – заинтересовалась баба Шура, даже с подушки приподнялась. – А я думала, чего-й то ты школу стороной обходишь? А Лидочка Варюха? Врачом всю жизнь проработала, вдруг заболеешь, сможет и укол поставить и…
- Клизму сделать! – подхватил дед, - помнишь, я в больничке лежал, так она мне ее чуть не каждый день делала, я потом узнал, что в этом необходимости-то и не было! У меня ж бронхит был! Это она мне мстила, за то, что я Борьку тогда отпустил. Это у нас козел был. Очень милый козлик! Только он запаха спиртного не переносил. А в тот день свадьба у Вовки, соседа, была, Лидка и выпила чуток. Потом ко мне прицепилась, женись, да женись! Я хотел домой уйти, чтоб от нее отвязаться, она за мной. Я к себе во двор, она опять за мной. А Борька привязанный был. Я к нему подошел и отвязал! Он сначала гладиться начал, а потом запах от Лиды почуял, и… Я ж не виноват, что она так удобно к нему задом повернулась! Разбежался он немного, да прямо в ее мягкое место и впечатался! Небось, она специально на врача выучилась, чтоб мне отомстить!
Баба Шура села в кровати и, с подозрительным блеском в глазах, сказала:
- Я об этом и не знала. И что, нет подходящей женщины?
- Почему? Клава! Здоровая баба, как губки подкрасит, так прямо красавица! Она ж и замужем-то не была, может меня всю жизнь ждала. Ну, подумаешь, мужиков как перчатки меняла, так это от отчаяния! Так что, лучше Клавы мы не найдем.
Баба Шура рот от такой наглости открыла, глаза ее загорелись, хотела что-то сказать, но передумала и как треснет мужа по щеке!
- Я те дам Клавку, я те дам губки! – одеяло откинула, замахнулась второй рукой, но дед вовремя отскочил, тогда она с кровати встала и за ним.
Дед Иван подбежал к жене, обнял ее крепко и всю зацеловал:
- Шурочка, я же пошутил, знал я, что ревнивая ты, вот и попробовал растормошить тебя! Чтоб ты о жизни вспомнила, о любви нашей! Никого я, кроме тебя, никогда не любил, и даже подумать боюсь, что могу без тебя остаться, не смогу я тогда жить, просто не смогу.
Баба Шура охнула, на кровать оглянулась и махнула своей слабой рукой:
- И правда, надоело уж хворать. Ты что-то про чай с малиной говорил…
Через два года отпраздновали они золотую свадьбу. Весело было, шумно, все дети, внуки и правнуки приехали.
- Горько! – дед Иван нежно поцеловал любимую Шурочку, а она ему прошептала:
- Я тебе Клавку всю жизнь помнить буду! – и улыбнулась: - Еще много-много лет.

Неожиданное лекарство
Словотворие
9

Для мужчины маленький рост, как Божье наказание. Андрей Буров с детства стеснялся того, что был ниже всех. Если в классе третьем, он еще надеялся, что догонит своих друзей, то в десятом уже потерял надежду.
Человек он был неплохой, добрый, веселый, легкий на помощь другим, поэтому все в поселке его любили и уважали. Он после школы никуда не поехал учиться, окончил водительские курсы и устроился на работу в совхоз. Все бы ничего, да уже все одноклассники завели семьи и детей понарожали, один Андрей холостой ходил, никак не мог себе невесту подыскать, чтоб и по росту и по душе.
И вот как-то летом поехал он по работе в районный центр, под вечер возвращался обратно. Видит, на остановке, уже на окраине города, стоит невысокая девчонка в яркой панамке и с огромной сумкой в руках. «Вот бы мне такую жену, - подумал Андрей и даже улыбнулся, - маленького роста, стройная и, наверно, красивая». Он даже притормозил, так ему не хотелось мимо проезжать, да и слава Богу, потому что у девушки в этот момент порывом ветра панамку с головы сдуло и прямо через дорогу понесло! А она, не думая, за ней и побежала. Андрей резко затормозил, смотрит, а перед машиной никого и не видать. Неужто задавил?! Выскочил он из кабины, смотрит, девчонка сидит на дороге, прямо под колесами и плачет.
- Ты ушиблась? – с испугом спросил Андрей, - где болит? Ты чего под колеса?
Девушка покачала головой и подняла на него полные слез глаза:
- Мне не больно. Панамку жалко, мне ее мама подарила. У меня мало чего от мамы осталось.
Андрей сначала ничего не понял из того, что она сказала, потому что он не мог отвести от нее взгляд. Это была она! Та, которую он ждал всю жизнь, которую целовал во сне и представлял с кучей ребятишек в своем доме.
- Ага, - глупо улыбнулся он и вдруг тряхнул головой: - Панамка? Я сейчас.
Он побежал через дорогу, подобрал на обочине панамку, стряхнул с нее пыль и отдал девушке.
- Я Андрей. Ты куда едешь-то? Я подвезу тебя.
Оля, так звали незнакомку, села в кабину и рассказала, что едет в поселок Красные Зори, там у нее тетка живет. Оля закончила ПТУ, выучилась на повара, вот тетя Рая и позвала ее к себе жить, одинокая она, а Олин папа привел в дом другую жену, с двумя детьми, они даже Олину комнату заняли. Оля папу не осуждала, мамы не стало уже как пять лет, он мужчина еще не старый, в доме хозяйка нужна, а Оля все-равно замуж выйдет и уйдет. Вот она к тетке и попросилась. Та с радостью, Олю она с малого очень любила. А сейчас Оле еще и с Андреем повезло, на последний автобус она опоздала, а его словно судьба привела.
Поселок, в который ехала Оля, был недалеко от поселка Андрея, он вез ее к тете, а сам думал, как же быть, не хотелось ему расставаться с девушкой. Вдруг он остановил машину и посмотрел Оле прямо в глаза.
- Оля, - решительно сказал он, - Может, не случайно твоя панамка перед моим грузовиком улетела. Я даже уверен в этом. Потому, что я, как тебя увидел, так понял, это о тебе я всю жизнь мечтал. Выходи за меня замуж, я хороший. Честно. Я тебя очень любить буду, обещаю.
Оля замерла, посмотрела на Андрея, потом на панамку, и…кивнула.
Андрей взял ее за руку и облегченно засмеялся:
- Едем к твоей тете Рае, я буду твоей руки просить. Прямо сейчас!
Через два месяца они поженились. Все соседи и друзья от души поздравляли молодую пару, а Оля и Андрей насмотреться не могли друг на друга, так переполняла их нахлынувшая любовь.
Через год родился их первенец, Алеша. Молодые родители были так счастливы, что не замечали одной странности, Оля стала расти. Еще через два года у них было уже трое деток, все погодки. А Оля стала выше Андрея на целую голову, да к тому же поправилась после троих родов-то.
Тетя Рая сказала, что это семейная жизнь, да рождение детей так на ее организм подействовало. Вот и пошла девка в рост. Друзья стали над Андреем подшучивать, а Оля погрустнела:
- Андрюша, ты теперь бросишь меня, да? Зачем я тебе, дылда такая? Я, правда, не хотела расти.
А Андрей улыбнулся и ласково до Олиной щеки дотронулся:
- Я тебя любую буду любить, всю жизнь, до самой глубокой старости. Просто потому, что я тебя люблю. Только и ты меня, пожалуйста, тоже не бросай, я не переживу этого.
Больше они об этом не говорили, просто были счастливы друг с другом. Еще через пять лет у них было уже пятеро детей. Оля еще немного подросла и остановилась. Весь поселок любил эту необычную пару. Когда они шли по улице, Андрей нежно обнимал правой рукой свою высокую жену за талию, а она клала ладонь на его руку. И никто бы не подумал смеяться над ними, наоборот, все им завидовали.
Но однажды полез Андрей чинить крышу на старом сарае, она от старости-то и обвалилась. Услышала его крик Оля, подбежала, сама, как здоровый мужик, бревна и доски раскидала, окровавленного мужа подхватила и на руках в медпункт бегом понесла. Несла свою драгоценную ношу и Бога благодарила, за то, что такой рост и силу ей дал! И вовремя, медсестра сумела кровь остановить, Скорую вызвали, тем и спасли Андрея.
Долго он лежал в больнице. Соседи только вздыхали, глядя, как Оля, грустная, шла по улице одна, бережно держась рукой за свой бок, будто Андрей обнимал ее, как всегда…
Прошли годы, выросли дети, женились, родились внуки, потом правнуки, но не было в их поселке счастливее пары, чем маленький, хромой дед Андрей и высокая полненькая баба Оля, которые сумели пронести свою любовь через всю жизнь, рука в руке...

Рука в руке
Словотворие
9

Дарья Степановна устало повела плечами и откинулась на спинку стула. Пора домой, но она еще раз  прокрутила в голове самое важное: завтра привезут новый аппарат ЭКГ, сложных рожениц, слава Богу, сейчас нет, даже мальчик Павленко набрал вес, можно будет выписывать. Она любила те редкие дни, когда в ее отделении все было спокойно и хорошо. Дома бы еще все наладить.
Дарье Степановне было сорок четыре. Еще молодая, очень красивая женщина, талантливый врач, если ей не льстили окружающие и просто замечательный человек. Она уже почти двадцать лет работала в родильном отделении местной больницы, пришла сюда сразу после мединститута, да так и осталась, и уже двенадцать лет, как она заведующая отделением. Она очень любила свою работу. Даже сумела собрать дружный коллектив, у них и текучки почти не было, вон, санитарка Соня Долгина вообще уже лет пятнадцать, как у них работает. Дарья Степановна впервые задумалась, и правда, как пришла Соня в их отделение, так и осталась, не ушла на другую, с большей зарплатой. А ведь они где-то одного возраста. С ее сообразительностью и умелыми руками Соня могла бы найти и лучшую работу. А она еще и сына сюда устроила. Но об этом Дарья Степановна потом подумает, надо ехать домой. Глеб, наверно, уже заждался.
Глеб и есть сын Сони, он у них водителем работает, и каждый день начальницу после работы на своей машине домой отвозит. Молодой парень, широкоплечий, молчаливый и серьезный, устроился к ним четыре года назад, отвез ее после работы домой раз, второй, да так как-то незаметно и вошло в привычку. Она пыталась ему оплатить хоть бензин, но он твердо заявил, что ему по пути и никаких денег он брать не будет. 
« Хороший он, - подумала Дарья Степановна и вздохнула, - кому-то повезет с мужем, не то, что мне».
С Николаем, ее мужем, в последнее время даже разговаривать было невозможно. Он все время куда-то уходил, на все, что бы ни сказала Даша - огрызался, что она ни приготовила бы – все ему было противно. «Как в столовке» - сказал он однажды, и Даша заплакала, девятнадцать лет было вкусно, а тут… Что происходило с мужем, она не могла понять, может неприятности на работе, так ведь и не спросишь у него, сразу злится.
Дома стало как-то холодно и тяжело, хорошо, что Аленка, дочка, никуда не уехала, поступила в местный ВУЗ, хоть она душу согревала. 
 Дарья Семеновна вышла из здания и подошла к ожидавшему в машине Глебу.
-Извини, я задержалась.
- Что Вы, не страшно, - выскочил он из салона и открыл перед ней дверцу.
- Так вот ты какая жена?! – вдруг услышали они и увидели подошедшего злого Николая. – Я так и знал, что ты мне изменяешь! Но чтоб с мальчишкой?! Какая же ты …- Николай замахнулся и хотел ударить жену, но Глеб перехватил его руку и так ее сжал, что Николай побледнел.
- Дарья Степановна, холодно, Вы бы сели в машину, - спокойно сказал Глеб опешившей начальнице и, подождав, когда она села в салон, отпустил руку Николая: – Я просто водитель, а бить женщину подло.
Потом спокойно сел за руль и они уехали.
Через несколько дней Соня Долгина вышла из отделения и направилась в соседнее здание, но споткнулась о бордюр и больно подвернула ногу. Прихрамывая, она подошла к стене и, опираясь на нее, стала растирать ступню. Вдруг она услышала разговор стоявших за выступом мужчины, лет пятидесяти и молодой, ярко накрашенной женщины:
- Кариночка, ты папочку ей отдай в последний момент и уходи. Чтоб Дашка тебе ее не вернула, деньги лежат за бумагами, даже если она туда заглянет, сразу не увидит. И сразу беги к главврачу, там уж знаешь, что говорить, взятка, мол,  ты не хотела, но рожать хотелось в хороших условиях, теперь раскаиваешься. И в полицию звони. Ты беременная, тебе ничего не будет, а вот ее, надеюсь, посадят. Потом продадим дачу, она же на меня оформлена. А там и с квартирой разберемся, дочке комнату купим, ей хватит. 
Соня узнала в мужчине мужа Дарья Степановны и охнула, но тут же прижала ко рту ладошку.
- Дарья Степановна,  я там тряпочку забыла, - войдя в кабинет заведующей, сказала Соня.
Она мельком взглянула на посетительницу, сидевшую с синей папочкой у стола заведующей, и прошла с ведром в руках вглубь кабинета. 
- Я вам свои анализы оставлю, хорошо? А завтра зайду, - быстро проговорила посетительница, положила папочку на стол  и пошла к двери.
- Вы не переживайте, у нас ко всем хорошо относятся, все мамочки довольны, - мягко сказала ей вслед Дарья Степановна.
Соня подождала, когда девушка уйдет и, как будто нечаянно, столкнула бумаги с полки шкафа.
- Ой, простите, я не хотела.
- Соня, что с тобой? Иди уже, я сама соберу, - вскочила из-за стола Дарья Степановна и бросилась собирать документы.
А Соня спокойно пошла к двери, по пути прихватив со стола злополучную папочку  и спрятав ее в ведре.

Через несколько минут начался кошмар. Прибежали главврач, приехала полиция, девица визжала, что ее грабят, даже родить бесплатно не дают! Дарья Степановна ничего не могла понять, какие деньги, почему полиция? А главное, куда делась папка с анализами девушки?! 
- Можно к Вам? – приоткрыла дверь Соня, когда все затихло, и зашла в кабинет Дарьи Степановны. – Мне с Вами поговорить нужно.
Она присела на стул, посмотрела в усталое лицо заведующей и спросила:
- Дарья Степановна, помните, что произошло на берегу нашей реки осенью, двадцать лет назад?
 Дарья непонимающе посмотрела на Соню и покачала головой.
Тогда Соня начала рассказ:
- В тот день погода была прохладная, и на берегу было немного народа. Молодая женщина пришла с двумя маленькими детьми, четырехлетним сынишкой и двухлетней дочкой в летней коляске.  Они собирали в букет опавшие листья, хотели дома поставить их в вазу. Женщина достала девочку из коляски и та с хохотом сразу побежала по берегу, мама бросилась ее догонять, они заигрались и не видели, как мальчик подошел близко к краю берега и упал в воду, даже не успев закричать. Он, молча, барахтался в холодной воде, его одежда намокла, и он стал уходить под воду. - Соня передернула плечами, словно почувствовала холод осенней речной воды, и продолжила:
- На берегу оказалась еще молодая пара, они увидели, как ребенок упал в воду. Парень бросился прочь от берега с криками «Помогите», а девушка, даже не раздеваясь, просто прыгнула в воду и вытащила малыша. 

 Даша молчала, она, затаив дыхание, слушала Соню. 
- Вы спасли моего сына, Дарья Степановна. А я не могла Вас отблагодарить, потому что Вы не сказали даже, как Вас зовут. Только через пять лет я Вас нашла. Случайно, моя сестра рожала у Вас в отделении. Тогда я устроилась сюда на работу, я по профессии учитель, поэтому меня взяли только санитаркой. Вы меня, конечно, не узнали, но я должна была быть рядом с Вами, чтобы помочь Вам, когда это будет нужно. Я рада, что смогла вернуть Вам свой долг. 
 Соня рассказала о подслушанном разговоре, о том, как унесла папку из кабинета.
- Зря Вы вышли за него замуж, он еще тогда на берегу показал, чего стоит, - покачала головой Соня и отдала Дарье Степановне папку с деньгами.

  Даша медленно шла к машине, Глеб, как всегда бросился открывать ей дверцу, но вдруг замер, глядя ей за спину. Даша обернулась и увидела Аленку, бежавшую к ней. Дочь была напугана:
- Мамочка, с тобой все хорошо? Мне Вера Ивановна звонила...
Даша кивнула, а Аленка посмотрела на Глеба и тоже замерла.
В тот вечер они ехали домой очень медленно, наверно, потому, что Аленка сидела на переднем сиденье рядом с водителем, а Глебу хотелось как можно дольше побыть рядом с ней…

Прошло время. Дарья Степановна благополучно продолжает работать Заведующей родильным отделением. Она развелась с мужем и нисколько об этом не жалеет. У нее появились более приятные хлопоты, ведь у Аленки и Глеба родилась дочка, Сашенька. А с Соней они теперь лучшие подруги.

Долг.
Словотворие
8

Я очень люблю маму и папу. У меня самая добрая и заботливая мама и замечательный любящий отец. Но лучше, когда они отдельно друг от друга. Когда они оказывались вместе -начинался кошмар. Папа в основном молчал, изредка огрызаясь, а мама наоборот, все время что-то говорила, в основном, какой он подлец и предатель. Всегда в разных выражениях, но смысл был один.
Это началось четыре года назад. Мне тогда было двенадцать. Я стала замечать, что папа стал слишком задумчивым, а мама временами вытирала слезы на глазах. Потом я подслушала их разговор и поняла, что у отца есть другая женщина.
- Света, ты же знала, что я всегда ее любил, я и не скрывал это от тебя. Ты думала, что обманом сможешь добиться моей любви? Нет, не сможешь. Отпусти ты меня, зачем нам мучиться вместе?
- А про Надю ты подумал? Как мы ей объясним твой уход? Хочешь, чтобы дочь тебя возненавидела и предателем считала? Попробуй только уйти, я так притворюсь больной, что она с тобой даже разговаривать не будет. Никогда тебе не простит!
- Зачем ты так? Ты же знаешь, что я дочку больше жизни люблю!
- Тогда даже не думай к своей Аньке уходить! Вот и посмотрим, кого из них ты больше любишь!
Я тогда даже дышать перестала, хотела услышать, что ответит папа, но он промолчал.
 Папа не ушел. Иногда он задерживался с работы, уходил куда-то в выходной, но жил с нами. Я успокоилась. Только со временем стала замечать, что он изменился. Папа из веселого и жизнерадостного превратился в тихого грустного человека и, казалось, потерял смысл своей жизни. Он молчал, а мама его грызла и грызла. И все чаще я ловила себя на мысли, что это неправильно. Да, я хочу, чтобы они оба были рядом, но не так. В нашей семье даже крошечки счастья не осталось. Мама и папа, казалось, ненавидели друг друга, все их свободное время тратилось на скандалы и оскорбления. И вот однажды, когда мне уже исполнилось шестнадцать, я решилась поговорить с отцом. Мама ушла за покупками и я подошла к папе: 
- Папочка, я уже взрослая. И хочу  серьезно с тобой поговорить. Я помню один ваш с мамой разговор четыре года назад. Ты тогда сказал маме, что любишь  другую женщину, а мама пригрозила тебе тем, что я буду считать тебя предателем. Я тебя очень люблю и благодарна тебе, что ты меня не бросил, что выбрал меня. Но я же вижу, как тебе плохо. Ты маму, правда, совсем не любишь?
Папа сначала испугался того, что я ему сказала, а потом, видимо, решился и начал рассказ...
Семнадцать лет назад, когда папе было чуть больше двадцати, он встречался с Аней,  полненькой веселой девушкой. Аня не была красавицей, но своим жизнелюбием и добротой она покоряла всех. Папа любил ее без памяти и она ему отвечала тем же. Каждый день они виделись, вечером допоздна расстаться не могли. Много парней хотели бы жениться на Ане, потому что с таким человеком, как она можно и горе пережить и счастливую семью создать. Все ее любили, кроме некоторых девушек из их села. Тех, что такими качествами не обладали, а замуж хотели. Вот и Светочка Круткова, моя мама, Ане завидовала, потому что моего папу еще с детства сильно любила и мечтала, что он женится на ней. Ну и придумала она, как их разлучить. Подговорила парня одного, которому Анечка очень нравилась, при папе рассказать кому то, вроде как по секрету, что он с ней гулять ходил на речку. А сразу после этого и Света подошла к опешившему папе и сочувственно сказала:
- Димочка, вот не понимаю я, как Аня могла тебя на Саньку променять, говорят ходят под ручку, и над тобой смеются. Ты же такой красивый и смелый. Я бы тебя никогда не предала, жизнь бы тебе отдала без остаточка. Так люблю тебя. Позвал бы меня замуж, я бы ни на одного мужчину за всю жизнь не глянула, только на тебя бы смотрела, как на солнышко весеннее.
Папа тогда сильно разозлился на свою Аню, поверил сплетням. Да и сказал тогда моей маме:
- Говоришь, так сильно любишь? Тогда женюсь на тебе! Не нужна мне эта Аня, раз она свою любовь кому попало раздает.
Света тут же новость по селу разнесла, что Дима ей предложение сделал. Аня из дома тогда неделю не выходила, говорят, слегла больная. Потом собралась и уехала к родне в Псков. Папа уже и не рад был, что сгоряча Свету замуж позвал, но слово уже было дано. Село погудело и застыло в ожидании гулянки. Родители были рады, они смолоду дружили и не прочь были стать сватами. Вот так и поженились мои родители. 
А четыре года назад вернулась в село Аня. Она выходила замуж, но не смогла жить с нелюбимым мужем. Ведь сердце ее так все время по своему Диме и тосковало. Никак она не могла понять, почему он так резко отвернулся от нее, на другой надумал жениться. Приехала она к своей матери, устроилась на работу. Да однажды на улице поздним вечером столкнулась с моим папой. Остановились они  напротив друг дружки помолчали, она и спросила его прямо, как он мог так ее цинично бросить, на другой женившись. Он даже засмеялся:
- Это ты меня спрашиваешь? А кто с другим под ручку гуляла да надо мной насмехалась. С мужем, небось, тоже не ужилась, на чужих позарившись.
Аня вспыхнула да и влепила ему пощечину. Хотела убежать, но он ее за руку поймал, хотел еще что-то обидное сказать, но увидел в сумерках ее глаза, понял что обидел ее смертельно, и тихо спросил:
- Аня, это неправда?
Она головой качнула и сквозь слезы ответила:
- Я чуть не умерла тогда от горя, когда узнала, что ты на другой женишься. Никак понять не могла, чем могла обидеть тебя, может с кем неудачно пошутила? Но как ни ломала голову, так и не припомнила своей вины. Не могла я жить в ожидании твоей свадьбы и уехала. В Пскове устроилась на работу, встретила хорошего человека и сразу согласилась выйти за него замуж. Думала так смогу тебя забыть. Но не смогла. Отпустил он меня. Просил прощения, что не смог счастливой сделать. Он замечательный. Но не мой.
Дима и Аня не заметили, как на улице стемнело, они забыли обо всем и не сами не поняли, как поцеловались, разгорелась их не потухшая любовь с новой силой. 
Папа виновато вздохнул.
- Мама твоя хорошая, заботливая, верная, но нельзя семью на обмане создавать, не будет она счастливой. Вот рассказал я тебе все, осудишь за то, что маме изменил, права будешь. Только не могу я так жить. Это ведь уже не семья, - папа замолчал, опустив голову.
- Я тебя очень люблю, папочка! И маму люблю! Я все же, наверно, еще не совсем взрослая, но думаю, что вы оба достойны быть счастливыми. Я не буду тебя презирать, если ты вернешься к своей Ане. А у мамы останусь я. Я постараюсь так о ней заботиться, чтобы она смогла пережить твой уход. Мы с ней справимся, ты не переживай. 
Папа так крепко меня обнял, что я даже его по спине стучать начала, боялась задохнуться. 
Он тем же вечером поговорил с мамой. Она упрямилась, не хотела его отпускать, но он пообещал, что будет во всем нам помогать и она, тяжело вздохнув, просто замолчала. 
Мне мама ничего не сказала, видно было, что она стыдилась своего обмана. Мы стали жить вдвоем. Папа иногда забегал. Он опять стал веселым, глаза его засветились, я иногда ловила себя на мысли, что мне обидно, ведь он так счастлив не с моей мамой, но я понимала, это не его вина. Он мне звонил каждый день, я даже ходила к ним в гости. А через год стала помогать нянчиться с моим братиком Ванечкой. Тетя Аня очень хорошая. Я понимаю папу, почему он так долго ее любил.
Мама первое время замкнулась в себе, но я старалась почаще радовать ее хорошими оценками, рассказывала всякие смешные истории из школы, помогала ей по дому. Она оттаяла, стала улыбаться, а потом и вообще призналась мне, что устала от такой ужасной семейной жизни и нам вдвоем намного легче.
Прошло время, я окончила школу и поступила в институт. 
 Тем вечером я собирала сумку, чтобы ехать на учебу, ко мне подошла мама и осторожно спросила:
- Надюша, что бы ты сказала, если бы у тебя родился еще один братик?
Я удивилась:
- Папа с тетей Аней решили еще одного малыша завести? Странно, а мне ничего не сказали.
Но мама как-то виновато смотрела мне в глаза и я ... прошептала:
- Мамочка, ты?! 
- Доченька, один мужчина сделал мне предложение, - смущенно сказала мама, - Миша очень хороший человек и мы, кажется, любим друг друга. Ты не против? Только он младше меня на пять лет, но ведь это не страшно? -испуганно спросила она. 
- Мамочка, - улыбнулась я и взяла ее за руку, - ты у меня самая молодая и красивая, и ты обязательно будешь счастлива! Я верю в тебя.

 

Счастье врозь.
Словотворие
13

- Танюш, где мои плоскогубцы? – раздраженно спросил у жены Василий. – Они же только что здесь лежали!
 Таня тяжело вздохнула. Опять началось. 
 Она с мужем за свою жизнь объездили всю страну. Но поженились здесь, на Кубани, хоть и был Вася родом с Поволжья, из деревни Дубравка.
  Познакомились они во время его службы. Танюшка училась в Ростове, а Вася там служил. Пошел как-то с другом в увольнение, увидел Таню и, забыв про друга, просто пошел за ней. Она сначала испугалась, а потом увидела, как он на нее смотрит и улыбнулась. Она и сейчас так улыбается, глядя на своего мужа. Ведь любовь в его взгляде так и не иссякла. Они тогда вместе приехали к ней в станицу. Таня перевелась на заочное, Вася выучился на сварщика и никогда не сидел без работы. 
Потом они уехали на Север, родили там двух девчонок, через пятнадцать лет переехали в Саратов. Устроились неплохо, дочери вышли там замуж , но заболел Танин папа и они решили вернуться на Кубань, поближе к ее родителям. Наконец, Вася занялся своим любимым хозяйством.
 
Отремонтировал купленный старенький домик, новый забор поставил, хотел крышу поменять,но случилось несчастье, умер от болезни Танюшин папа. Мама так тяжело переживала потерю, что решено было продать свой дом и переехать к маме, в родительский. Вот тут все и началось…
 Мама рассказывала, что у них в доме домовой живет, папе частенько помогал. То кран, оставленный открытым перекроет, то поможет деталь какую потерянную найти. Однажды папу от змеи спас, папа рано утром вышел в огород, а змея на солнышке пригрелась, он ее и не заметил. Увидел лишь, когда она голову на него подняла, всего в метре от его босых ног. Вдруг из ниоткуда прилетела ветка, сбила змею, та и уползла, испугавшись.
 Папа не признавался, что верит в домового, но один раз мама заметила, что он печеньку на подоконник положил и прошептал: «Спасибо, друг, это тебе». Мама сделала вид, что ничего не заметила.
 Но, видно, мужа Таниного домовой невзлюбил. Уж сколько вредностей успел за этот год ему сделать! То отвертку спрячет, то баночку с гвоздями рассыплет. Один раз встал Вася на табурет, так откуда только вода под ножкой оказалась, поехала табуретка, упал Вася с нее, хорошо, ничего не сломал. Но, самое обидное, кольцо Васино обручальное спрятал, Вася снял его зачем-то, оно и исчезло. Прямо с полочки в шкафу. Всем семейством весь дом обыскали, безрезультатно! Клавдия, мама Танюши уж и конфеты домовому оставляла, и платочек на ножку стола привязывала, и уговаривала быть подружелюбнее, просила колечко отдать, ничего не помогло. А сам Вася ни во что такое не верил, говорил, что все это сказки!
Почему домовой был так зол на Васю, женщины не понимали. Ведь мужчина был очень хорошим хозяином. Танин папа гвозди то плохо забивал, больше по пальцам попадал, не говоря уж про постройку нового сарая или подвала. Но он был очень мягким и добрым человеком, жену никогда и словом не обидел, детей, Танечку и Андрюшку просто обожал, все время играл с ними, сказки вместе с ними по телевизору смотрел.   
 Вася же был грубоват, прямолинеен. Но жену свою тоже очень любил, всю жизнь ее не иначе как ласково Танюшей называл, в дочерях души не чаял, тещу уважал, но не умел он был нежным, мягким. Таня знала это, любила и принимала мужа таким, каким он был. Зато хозяином он был отменным! И кирпич положить, и деревья посадить – обработать, и дверь железную своими руками собрать и поставить, все умел, все у него в руках горело, спорилось!  За год он старенький домик, в котором выросла его Танюшка, полностью отремонтировал, огород вычистил, новый сад посадил, для тещи даже кресло-качалку поставил под новый навес. 
 Но с домовым не сладил. Вот и сегодня, опять плоскогубцы спрятал. Таня развела руками и ничего мужу не ответила. Вдруг Вася схватился за грудь. Побледнел и медленно пошел в дом. Это был первый проблеск горя, опять пришедшего в их дом.
 Потом пошли поездки по больницам, поиски врачей, обследования, и, вот уже назначена дата операции. Врач прямо сказал Васе и Тане, что вероятность выздоровления слишком мала, никто не знает, как пройдет сама операция и какими будут ее последствия. Просто нужно надеяться на лучшее…
 Утром, 3 ноября, в день госпитализации, Вася встал рано, Танюша, тоже не сомкнувшая глаз, проверяла, все ли они приготовили, ничего ли не забыли. И не видела, как вышел Вася во двор и тихо проговорил:
- Ну что, хозяюшка домовой, ты победил. Если операция пройдет плохо, останешься полновластным хозяином в этом доме. Я тут тебе все самое важное сделал, постарайся не дать дому развалиться, ремонтировать потом уже некому будет. А самое главное, за хозяйками присмотри, чтоб не забывали газ выключать, чтоб с табуреток не падали!
 Вздохнул Вася тяжело и в дом вошел. Потянулся рукой за расческой на полочке, а нащупал свое пропавшее обручальное кольцо. Несколько секунд смотрел он на колечко, потом улыбнулся и надел его на безымянный палец.
- Танюш, поехали, - бодрым голосом сказал он. – И не переживай ты за меня так, я обязательно выздоровлю.
На следующее лето, уже окрепший после тяжелой операции Василий, держал на руках маленького внука и показывал ему зеленевший сад:
- Вырастешь, Алеша, будешь помогать мне за садом ухаживать, я ведь уже старенький буду, - и вдруг тихо добавил: - И ты, хозяюшка, помогать нам будешь, мы тебе за это печеньку дадим…

Домовой
Словотворие
5

Кирилл Громин смотрел в темное окно с переливающимися  искрами отражающейся рекламы и никак не решался позвонить маме. Он знал, что она сильно расстроится. Кирилл уже четыре года не приезжал домой. А тут и билет уже купил, и маму обрадовал, что через неделю приедет, а начальник сегодня ему прямо заявил, что есть заказ, но все работники заняты. Так что его отпуск переносится на неопределенное время. И даже слушать возражения не стал, просто ушел. 
Вот и смотрел Кирилл на свой сотовый, не решаясь набрать мамин номер. Он еще не успел внести его в память, только вчера купил новую симкарту: надоели постоянные Юлины звонки. Кирилл с женой развелись полгода назад, после восемнадцати лет беспокойного брака. Юля, наконец, нашла себе более достойного и богатого. И сына подкупили. Новым айфоном, да поездками за границу. Обидно, потом-то поймет Слава, кто чего стоит, но пока очень тяжело жить с этим.
А Юля, как пойдет с подругами в бар, так полночи надоедает. Вроде соскучилась. Но Кирилл уже знал, чего стоила ее любовь и хотел только побыстрее ее забыть.
Огорчать старенькую маму очень не хотелось, и он решил сначала позвонить по объявлению, которое сегодня увидел в интернете. Продавалась редкая пластинка с песней Бунчикова «Вечер вальса».
Кирилл гордился, что у него был совершенно исправный проигрыватель, купленный еще его дедом. Кирилл часто включал его и, почти не дыша, ставил на край дорожки иглу. 
Это были волшебные минуты. Минуты детства и счастья. Он вспоминал, как отец ставил пластинку с этим вальсом и танцевал с мамой, а он сам, еще маленький, хлопал в ладоши, потом подбегал к родителям и обнимал их. Они брали его на руки и танцевали уже втроем. Папы давно уже нет, та пластинка треснула, но проигрыватель Кирилл берег как величайшую драгоценность.
- Але, - раздался в телефоне звонкий детский голосок, - это кто?
- Я Кирилл, звоню по объявлению, а кто-нибудь взрослый есть?
- А меня Ниночка Павлова зовут. Мама есть, но она спит, Скорая только уехала. Ей сделали какой то укол и она заснула. Тетя врач сказала, что до утра все должно быть спокойно. А что за объявление?
- Я прочитал, что вы продаете пластинку с песней «Вечер вальса».
- Ну да, у нас есть такая пластинка. Мама ее раньше часто включала. А сейчас говорит, что не хочет больше ее слышать. Знаешь, - добавила девочка шепотом, - я думаю, потому что ее купил папа. А когда он ушел с тетей Верой, мама заболела и больше ее не включает. Только мы не вешали никакое объявление. Да и зачем нам ее продавать, она же старая и ее никто не купит. А тебе она зачем? Ты что, не можешь ее в магазине купить?
  Кирилл не стал объяснять девочке, что такую пластинку найти сложно и почему то спросил:
- Ниночка, а что случилось с твоей мамой? 
- Мне кажется, она на папу обиделась. Я слышала, как он сказал ей, что она холодная, как жаба. Мама тогда так сильно заплакала, что ей стало плохо. Папа ушел, а мама отправила меня за соседкой и они тогда первый раз Скорую вызвали. Только я не понимаю, почему папа назвал маму холодной, ведь она такая теплая и мягкая. Ты не знаешь?
- Не знаю, - ответил Кирилл. Он не хотел объяснять девочке, что ее папа просто наговорил жене гадостей. Похоже, чтобы оправдать свою измену. - Ниночка, у тебя очень хорошая мама, ты береги ее.
- Хорошо, я постараюсь. А ты свою маму сильно любишь? 
- Очень! Она у меня тоже замечательная. Только живет далеко. Но мы с ней часто по телефону разговариваем. По видеосвязи. 
- А что такое видеосвязь?- спросила девочка.
- У тебя нет интернета? Это когда в телефоне на экране видишь того, с кем разговариваешь.
- Ты врунишка! - засмеялась Ниночка, - это только в кино такие телевизоры есть, из которых кто-то тебе отвечает. Мы с мамой и папой часто в кино ходили, я ведь уже большая, мне восемь лет.
- Ты, наверно, в деревне живешь? У вас связи нет? Или мама не пользуется сотовым?
- Нет, мы в городе живем, на улице Красных партизан дом номер 14, но что такое сотовый я не знаю. А ты где живешь?
- На улице Парковой. Ниночка, ты будто в середине двадцатого века осталась. Я тебе даже завидую.
- Опять сочиняешь, я о такой улице и не слышала даже. И совсем сейчас не середина, - обиделась девочка, - а восемьдесят пятый. Я уже во втором классе учусь и знаю, какой сейчас год.
Кирилл засмеялся:
- Может, скажешь, что у вас в школе еще октябрята да пионеры есть?
- Конечно, есть. Меня в следующем году тоже уже в пионеры примут. Только нужно хорошо учиться. А я почти отличница!
Кирилл почувствовал, как мурашки побежали по его спине.
- Ниночка, а какое сегодня число?
- Ты не знаешь? Вот вы взрослые бываете глупые! Сегодня второе декабря. Тысяча девятьсот восемьдесят пятого года.
- А номер телефона у вас этот? - Кирилл продиктовал девочке номер который набрал на своем сотовом.
-Нет, я сейчас скажу какой у нас, тут написано, - и Нина продиктовала свой номер.
Кирилл успел его записать.
- А ты думал, какой сейчас год? 
- У нас сейчас две тысячи двадцатый.
- Ого ты напридумывал! Ладно, а такси у вас в две тысячи двадцатом по дороге ездят или летают как в кино?
- Ездят. Зато у нас есть такие телевизоры, в котором можешь включить любой мультик или фильм, какой только пожелаешь.
- Здорово! Я тоже такой хочу. А то показывают только один маленький мультфильм в день. А правда, что в будущем мороженое и жвачки будут бесплатно раздавать?
- Нет, не будут. А жвачки у нас уже почти никто не жует, надоели уже. 
- Мне б не надоели, - вздохнула Ниночка и вдруг с надеждой спросила: - а у вас есть такие лекарства, чтобы мама так не болела?
- Это да, сейчас продают много разных хороших лекарств. 
- А ты можешь мне их привезти? Я так хочу, чтобы мама поскорее выздоровела, я слышала, как тетя Света говорила, что если с мамой что-то случится, то меня куда то заберут. Скажи мне свой номер, я тебе потом позвоню. 
- Конечно! - Кирилл продиктовал Нине свой номер и перепроверил, правильно ли она его записала. 
- Ниночка, ты обязательно мне позвони, я буду ждать. Ты не бойся, твоя мама обязательно выздоровеет. Главное, ты ее не обижай. Будь ей помощницей, говори ей почаще, что сильно ее любишь. И не расстраивай ее, ты теперь вся ее жизнь. Обещаешь? Я постараюсь найти тебя.
- Ой, мама проснулась, - вскрикнула Ниночка и торопливо проговорила: - До свидания, Кирилл, ты хороший! 
И ее звонкий голосок пропал в тишине. Кирилл подумал и набрал номер начальника:
- Антон Романыч? Это Кирилл. Я не могу остаться на работе, можете меня уволить, но я еду к маме. Если Вы любите свою маму, Вы меня поймете, - и отключился, облегченно вздохнув.
Потом он открыл ноутбук и ввел записанный номер телефона. Действительно, такой номер в старой телефонной книге города был записан на Павлову Татьяну по адресу: улица Красных партизан дом 14 квартира 5, Кирилл ввел в поисковик адрес, но по этому адресу теперь была новая поликлиника. Он несколько минут сидел, вспоминая каждое слово из разговора с Ниночкой, потом посчитал и улыбнулся: если это правда, то сейчас ей должно быть сорок три года, почти ровесница ему. Он подошел к проигрывателю. Бережно достал одну из своих любимых пластинок и только хотел поставить иглу, как зазвонил телефон. Кирилл удивился, ведь еще никто не знал его новый номер. Он нажал кнопку ответа и услышал звонкий женский голос:
- Кирилл, это ты?
. Он почувствовал, как мурашки опять побежали по его спине:
- Ниночка?
- Да! Да! Боже, я всю жизнь пыталась тебе дозвониться, но такой номер не существовал! Мама сказала, что ты мне приснился, но я верила! Верила, что когда-нибудь опять услышу твой голос! Я и пластинку для тебя сохранила! А мама моя выздоровела! Она говорит, что это я ее вылечила, своей любовью. Но это ты мне помог, нам…
И они опять разговаривали, долго, обо всем. Словно и не было между этими двумя звонками тридцати пяти минут, которые длились тридцать пять лет.

Сквозь время
Словотворие
1 9

  Вика отвернулась и промолчала.
- Вот увидишь, - продолжала успокаивать ее мама, - все будет хорошо. Твое счастье еще найдет тебя, обязательно!
 Вике хотелось кричать, что нет, не найдет! Никогда она уже не будет счастлива! Вику душили слезы, поэтому она ничего не ответила маме, только уткнулась в больничную подушку и всхлипнула, вспоминая вчерашний вечер…
Ее муж, Сергей, опять задержался на работе. Вика уже привыкла к его поздним возвращениям, но в этот раз она сразу почувствовала какую-то тревогу. Потом она поняла, что причиной был запах. Запах чужих, дорогих и ужасно сладких женских духов. 
- Сереженька, почему от тебя так пахнет чужими духами? – осторожно спросила она мужа.
Сергей посмотрел на нее долгим тяжелым взглядом и начал говорить. О том, что она скучная, глупая девчонка, которая не умеет ценить жизнь. У которой в голове, кроме мыслей о будущем ребенке, который родится через полгода, и который ему, Сергею, совершенно не нужен, ничего и нет.  Он же ей говорил, что хочет пожить еще в свое удовольствие, развлекаться, ездить по миру, так нет же, ребенка ей захотелось. Вот пусть с ним и живет, а Сергей нашел более подходящую ему по характеру девушку, красивую и веселую.
Смысл сказанного им не сразу дошел до Вики, но когда она поняла, о чем он говорит, у нее закружилась голова. Муж собирал вещи, а Вика держалась за дверь и чувствовала, как что-то жжет, горит у нее внутри. Он вышел, с грохотом захлопнул за собой дверь, и Вика потеряла сознание…
- Мама, у меня никогда больше не будет детей, - прошептала сквозь зубы Вика.
- Что ты! – махнула рукой мама, - Врач же сказал, что все возможно. Если правильно лечиться и очень этого хотеть.
- Я не хочу!
 Дома было тихо и неуютно. Мама и папа звали дочь пожить хоть первое время после больницы с ними, но она не хотела их расстраивать и ушла в свою квартиру, которую они ей подарили еще до свадьбы.
Вика постояла посреди комнаты, потом быстро сходила на кухню за мусорным ведром и начала собирать в него все, что напоминало ей о Сергее. Фотографии, журнал, полотенце. Тут она услышала детский плач за стеной. Маленький ребенок громко плакал в соседней квартире. Но Вика знала точно, что там живет одинокая старушка Вера Ивановна. И никакого ребенка там не может быть. 
Ребенок не умолкал, тогда Вика осторожно вышла на лестничную площадку и подошла к соседней двери. Девушка легко толкнула дверь и детский крик стал громче, он доносился из глубины квартиры. 
- Есть кто дома? – громко спросила Вика и, не дождавшись ответа, прошла в комнату. 
На диване спала молодая женщина, от нее явно пахло спиртным, а рядом в коляске, которая стояла посреди комнаты, плакал полугодовалый малыш. Вика попыталась разбудить девушку, но та лишь что-то пробормотала и отмахнулась рукой. Тогда Вика достала ребенка из коляски и стала качать на руках, но он не успокаивался, продолжая плакать уже охрипшим голосом.
Вика поняла, что он был голоден, она нашла на кухне детскую смесь и накормила его. Потом увидела на диване, рядом со спящей мамашей памперсы и переодела малыша. Ребенок успокоился и заулыбался.
- Да ты красавчик, - улыбнулась ему в ответ Вика. – Что же с тобой делать?
Тут она услышала, как кто-то зашел в квартиру.
- Ты кто такая? – грубо спросил ее вошедший молодой мужчина. – Новая подружка Даши? Просил же ее никого в дом не тащить, зачем ты ее напоила? Не видишь, ребенок маленький!
Вика опешила, вот и делай добрые дела!
- Я напоила?!! Я вообще соседка, услышала, как ваш малыш плачет! Зашла, жена Ваша спит, а мальчик кричит, охрип уже. Он кушать хотел! 
 Мужчина даже отшатнулся от возмущенной Вики и растерялся:
- Простите, я думал, это Вы принесли ей спиртное. Даша часто этим увлекается, без меры. Даже рождение Егорки не смогло ее остановить.
Илья, так звали нового соседа Вики, рассказал, что они неделю назад сняли эту квартиру, а Вера Ивановна переехала в соседний город к родственникам. Даша всегда любила выпить, Илья это знал, но она ему нравилась, ведь девчонка-то неплохая, добрая и так за ним бегала, что однажды он не удержался.  Пришлось сыграть свадьбу. Во время беременности Даша, худо-бедно продержалась, почти не пила, а потом… Вот они и переехали сюда, в их город, Илья надеялся, что вдали от подруг Даша перестанет пить, но не получилось. 
- Спасибо Вам, Вика, просто счастье, что Егорка из коляски не выпал. 
Вика ушла к себе, но всю ночь не могла забыть, как держала на руках Егорку и как он ей улыбался. 
 На другой день утром раздался звонок в дверь. Вика посмотрела в глазок и увидела Дашу с Егоркой на руках. Вика открыла дверь и хотела поздороваться, но девушка нагло сунула ей мальчика в руки:
- Добренькая? Вот и водись! Чем накормить, найдешь на кухне, ты ж там уже похозяйничала, – и убежала по лестнице вниз.
 Вика держала малыша на руках и, ничего не понимая, смотрела ей вслед. Когда к ней вернулся дар речи, соседки уже не было. Тогда Вика зашла в их квартиру, взяла все необходимое для ребенка и написала Илье записку. 
- Что же мне делать? – горько вздыхал Илья, вернувшись с работы, - я не справлюсь с ребенком, а Дашка теперь может на неделю пропасть, – он с надеждой посмотрел на Вику: - Может, Вы мне поможете? У нас здесь никого нет, ни друзей, ни родственников.
Вика не смогла отказать Илье, к тому же на работу ей еще не нужно было выходить, она взяла после больницы отпуск. Думала, что еще долго не сможет нормально жить и работать. Она была даже рада, что может хоть на время забыть о своей боли.
 Вика и Илья вместе выкупали мальчика, одели и накормили его. Это было так по-домашнему, уютно и приятно, что Вика заплакала. Илья испугался:
- Я тебя чем-то обидел?
Вика мотнула головой, всхлипнула и рассказала ему о том, что с ней произошло. Илья, молча, принес ей воды и тихо сказал:
- Я бы так с тобой не поступил. Какой же он дурак, сам от такого счастья отказался! Он вернется, я уверен. Такую как ты, он больше не найдет.
- Ты думаешь? – улыбнулась сквозь слезы Вика, а Илья кивнул в ответ и взял ее за руку:
- Я вот всегда мечтал о такой жене, а получилось совсем по-другому. 
На ночь Вика забрала Егорку к себе. Ей нравилось слышать, как тихо посапывает он своим носиком, видеть, как он улыбается во сне и понимала, что сказала маме неправду, что она все же очень хочет иметь детей.
 Прошло четыре дня. Днем Вика водилась с Егоркой у себя, вечером, когда возвращался Илья, она и малыш приходили к нему. Илья играл с сыном, они хохотали, визжали, и даже Вика не могла сдержаться и тоже смеялась. Вот в разгар такого веселья и вернулась Даша. Она зашла в комнату, окинула всех презрительным взглядом и сказала хриплым голосом:
- Вижу вам и без меня не плохо. Вот и хорошо. Ты, Илюша, извини, но не могу я с тобой остаться, разные у нас взгляды на жизнь. За меня не переживай, я к родителям уеду. А Егорка, - остановила она, пытавшегося что-то сказать, Илью, - мне не нужен. Да, я плохая мать, знаю! Может, он меня когда-нибудь простит. А не простит и не надо.
 Даша быстро сложила свои, еще не разложенные после переезда, вещи в большую сумку и ушла, тихо прикрыв за собой дверь.
Илья и Вика сидели, так и не проронив за все это время ни слова, и даже Егорка не потянулся к маме, а притих у Вики на руках. 
Она посмотрела на Илью и увидела в его глазах ту боль, которую сама только недавно пережила.
- Все будет хорошо,  вот увидишь, - повторила она слова своей мамы и вдруг сама в них поверила. Вика улыбнулась: - Я помогу тебе.
Через месяц, когда у Вики закончился отпуск, она не раздумывая, уволилась с работы. У нее было более серьезное и ответственное дело – воспитание Егорки. А зарабатывать будет отец семейства, Илья. Ведь он только сейчас понял, какое это счастье, когда дома все хорошо, когда тебя ждут, тебе рады и … тебя любят. А уж его любви с лихвой хватило и на сына, и на Вику.
- Мама, а ведь ты была права, мое счастье меня нашло, - сказала Вика на улице своей маме, поцеловала трехлетнего Егорку и поправила на нем шапочку.
Мама ничего не ответила, только улыбнулась и укрыла потеплее одеялком лежавшую в коляске маленькую Танюшку.

Соседка
Словотворие
8

- Наталка, айда сегодня за ягодами, я такое красивое место нашел! Малины там…- Гена с горящими глазами, улыбаясь, смотрел на Наташу, стройную красавицу с волнистыми светлыми волосами. 
 Девушка вздохнула, ох и надоел же он ей! «Айда!» - вот деревенщина. И сколько раз просила ее Наталкой не называть! Генка еще в школе следом за ней ходил, хоть и учился на класс старше. Носил ей яблоки да пирожки. Наташа не отказывалась, пирожки мама Гены очень вкусные пекла, но, когда он ей в любви признался, ему прямо ответила, что замуж она выйдет за богатого, да городского, такого, который ее подарками дорогими засыплет, да по театрам водить будет. А таких простаков, как Гена, она может в кучу складывать, только проку от них никакого. Гена выслушал ее, вздохнул тяжело, потом улыбнулся и протянул яблоко. Ну что с него взять?!
Потом Гена ушел служить, а Наташа окончила школу и поступила в медицинский колледж в районном центре. Хотела, конечно, в мединститут, но денег на это у них с мамой не было.  Отец давно уже живет с другой женщиной где-то в области, о Наташе и не вспоминает, не то, что помочь. А мама в школе уборщицей работает, какие уж тут деньги. Да еще и болеет часто, сердечко у нее слабое. Может из-за нее и пошла Наташа на медсестру учиться, чтобы помочь маме, если что. 
Гена из Армии вернулся широкоплечим, высоким красавцем, Наташа даже загляделась на него, но потом вспомнила, что никогда Гена не сможет ей дать то, о чем она мечтает, богатство и городскую жизнь, голову гордо подняла и мимо прошла. Но он не сдавался, все время рядом был. Когда крышу подлатает, когда водопровод починит, если что потечет. 
А однажды уговорил девушку в выходной на рыбалку вместе съездить, у него Жигуленок старенький, но ездит хорошо, Гена за ним хорошо смотрит, у него вообще руки золотые. Приехали они на очень красивое озеро, Наташа даже и не знала, что у них такое рядом есть. Вода чистая, вокруг по берегу березки растут, елочки. Так Гена еще и вкусненького с собой прихватил, сам всего наготовил. Удочку ей снарядил, Наташа только закинула, как сразу клевать стало. Она рванула удилище, а там большущая рыбина! Гена подскочил, помог вытащить, а Наташа от восторга заверещала, поскользнулась и упала бы в воду, но Гена успел и ее подхватить. Обнял ее крепко, Наташа голову на него подняла, глазами с Геной встретилась и такую нежность в них увидела, что сама не поняла, как они поцеловались.
- Наталка, выходи за меня замуж, я тебя очень люблю, - сказал тихо Гена, а девушка, фыркнув, оттолкнула его и, как ни в чем ни бывало,  схватилась за удочку. Здорово они тогда порыбачили, Наташа домой полведра рыбы привезла, маме на радость. А на Гену по-прежнему свысока смотреть стала.
- Гена, ты бы лучше Ленку Голубеву за ягодами позвал, она ведь с тебя глаз не сводит. Глядишь, не только за ягодами, а и в ЗАГС бы сходили, - съехидничала Наташа и вдруг увидела черный огромный внедорожник, подъехавший к ним.
- Привет, ребята, - крикнул из окна машины ее одноклассник, Паша Житов. – Наташка, ну ты красавица стала, садись, прокатимся, давно ведь не виделись!
Наташа от удивления застыла на месте. Пашка, не отличавшийся хорошей успеваемостью в школе, незаметный, тихий парень, стал таким красавцем с модной стрижкой и шикарной машиной! Она глупо захихикала и села на пассажирское сиденье рядом с водителем. Наташа была так взволнована, что не заметила, каким горьким взглядом проводил их Гена.
- Я после школы к своему бате уехал, он у меня в Питере живет, бизнесмен, между прочим! – хвастался Пашка, одной рукой он держался за руль, а другую положил на спинку сиденья, на котором сидела Наташа. – Он меня к себе в фирму взял, снял мне квартиру, машину подарил. Я выходные взял и к мамке на пару недель приехал, деньжат ей привез. Тебя вот встретил, – с самодовольной ухмылкой сказал одноклассник,  опустил руку Наташе на плечо и прищурился: – Натали, а я, между прочим, еще не женат.
У Наташи закружилась голова, вот ее шанс! Богатство, городская светская жизнь, клубы и театры, Паша мог все это ей дать, если она выйдет за него замуж. Нет, она не должна упустить свое счастье! И Наташа очаровательно улыбнулась…
Неделя пролетела незаметно. Павел и Наташа почти не расставались. Он забирал ее после учебы, она забегала домой, переодевалась и невесомой бабочкой впархивала во внедорожник Павла. Они ехали в районную кафешку или просто останавливались в поле и целовались. 
- Так что, малыш, - с неизменной ухмылкой спросил, наконец, Паша, - поедешь со мной в Питер?
 Наташа чуть не задохнулась от восторга:
- Конечно, милый, я так счастлива! Только… - она замялась, -  мы же маму заберем? Ей нельзя одной оставаться, болеет она.
Паша нахмурился:
- Маму твою мы забирать не будем, она не маленькая, сама проживет. Подумаешь, сердце. На это врачи есть. Ты объясни ей, что  тоже имеешь право на личную жизнь. Что такая красавица, как ты, должно блистать, а не чахнуть в деревне.
 Наташа кивнула, и вяло поцеловав Пашку, пошла домой.  
-Мама, я с Пашей в Питер поеду, ты сама останешься? Мы не можем тебя забрать с собой, у Паши еще нет своего жилья. Там я в другой колледж переведусь, а ты, если, что, врача вызывай, соседку, тебе помогут, - говорила Наташа маме и старалась сдержать слезы. 
Мама ничего не отвечала, только молчала. Пыталась уже она объяснить дочери, что муж должен быть не ярким павлином, а надежным и любящим человеком, только та  слушать ничего не хотела, все о красивой жизни мечтала.
  А Наташа как ни успокаивала себя, но знала, что тяжело будет ее матери, оставшись одной. Сама себя старалась убедить, что поступает правильно, но у нее плохо получалось. Поэтому не могла даже посмотреть маме в глаза. И вдруг услышала, как она охнула. Мама схватилась руками за грудь и широко открыла рот, пытаясь вдохнуть. Наташа подбежала, помогла маме лечь на кровать, дала ей лекарство и стала звонить в Скорую.
- Девушка, все бригады заняты, - ответили ей, - если Вашей маме плохо, везите в районную больницу сами, так быстрее будет.
 Наташа быстро набрала номер Павла:
- Пашенька, надо маму срочно в больницу отвезти, ей плохо, а Скорая долго еще не приедет.
- Я уже спать лег, не одеваться же. Да ничего с ней не сделается, дождется врача, - пробурчал Паша и отключился.
Наташа всхлипнула, непонимающе глядя на телефон, и набрала Гену.
-Гена, маме плохо, в больницу бы надо…- не успела она договорить, как Гена крикнул:
- Я быстро! – и тоже отключился.
В приемном покое маму осмотрели врачи и увезли на каталке в реанимацию. А Наташе с Геной велели приехать утром. И не паниковать!
- Наталка, все хорошо будет, - сказал Гена, приобняв Наташу за плечи, - Мама твоя выздоровеет и поедешь ты еще с Пашкой в  Питер, если так этого хочешь. А я присмотрю за тетей Раей, помогать ей буду, главное, чтобы ты была счастлива.
Наташа шмыгнула носом, прижалась головой к груди Гены и прошептала:
-Никуда я от вас не уеду. Как я раньше не понимала, что ты и мама самые дорогие мне люди? Только вы сможете сделать меня по-настоящему счастливой, а не этот павлин Пашка. Ты там меня замуж звал, не передумал? – она с испугом заглянула в глаза парня, увидела в них безграничную любовь и облегченно улыбнулась: – Не передумал. Спасибо тебе.
По ночной дороге из райцентра в стареньких Жигулях ехали парень и девушка, и они твердо знали, что у них все будет хорошо! Потому что они вместе!

Деревенщина.
Словотворие
10
RSS-материал