Страна Мастеров – сайт о прикладном творчестве для детей и взрослых: поделки из различных материалов своими руками, мастер-классы, конкурсы.

Флейта (рассказ)


 30 из 64 
Тип работы

Словотворие Литературное творчество Флейта рассказ

В избранных: 2

Поделиться:

Калын Татьяна "Мальчик с флейтой"

Калын Татьяна "Мальчик с флейтой"

 Все  вокруг  нам  кажется  обычным. Давно  перестали  удивлять  теплые  летние  сумерки  с  искрящимися  звездами  в  поднебесье, заснеженные  ели, голубое небо  с  кучевыми  белыми  облаками, шаловливые  извивающиеся  как  маленькие  змейки  ручьи, ибо  с детства  большинство  из  нас  наделены  зрением. А  как  же  те, кому  судьбой  уготовано  вечное  пребывание  в  королевстве  тьмы? Ведь, живя  на  белом  свете, они  только  по  чужим  рассказам  могут   представить, а  каков  он, этот  белый  свет.

Глеб  был  слепым  с  самого  рождения, собственно,  поэтому  от  него  и  отказалась  молодая  мать, просто  оставив  его  в  родильном  доме. Без  терзаний  души  и  сердца, без  малейшего  сожаления  она  просто  и  коротко  сказала, при том  ни  единый  мускул  на  ее  красивом  лице  не дрогнул: «Мне  не нужен  слепой  котенок!». Затем  она  собрала  вещи, а  маленький  светловолосый  мальчик  остался  в  больнице. Позже  его  определили  в  один  из  детских  домов, открытых  специально  для  слепых  детей. Рос  он  молчаливым, спокойным. Быстрее  всех  Глеб  овладел  техникой  чтения, быстрее  всех  научился  считать и  складывать  в  уме  длинные  столбики  чисел. Нередко  он  рисовал, да  рисовал, брал  чистый  лист, кисть  в  чувствительные руки  и  медленно  наносил  мазки. Да, конечно,  он  не  видел, что  получалось, но  воспитательница  видела, и  в  такие  минуты  даже  сомневалась, действительно  ли  он  слеп. На  его  худеньком  личике  с  бледной  кожей, прямым  носом  и  печальными  серыми  глазами  всегда  царило  выражение  полной  безмятежности  и  отрешенности, и  лишь  когда  звучала  музыка, его  плотно  сжатые  губы  дрожали, а  на  лбу  появлялись  не  по-детски  глубокие  морщинки. Однажды  Глеб  подошел  к  воспитательнице  и  попросил:

-          Не  могли  бы  вы… Анна  Васильевна, пожалуйста, если  это  возможно, мне  бы  хотелось  научиться  играть на  флейте, очень  хотелось.

-          Глеб, я  ничего  не  обещаю, но  обязательно  поговорю  с  директором. Ты, мой  мальчик, ты  же  знаешь, как  это  трудно… - Анна  Васильевна  запнулась  и  не  нашла, что  еще  возразить. Она  готова  была  бы  сама  водить  его  на  занятия, но  его  глаза…

-          Вы  говорите  о  моей  слепоте. Поверьте, я  вполне  осознаю  свой  недостаток, но  думаю, он  мне  не  помешает.

Анну  Васильевну  всегда  поражало, что  в  свои  десять  лет, он  говорил  и  думал, как  взрослый  сформированный  человек.

Благодаря  стараниям  воспитательницы, Глеб  вскоре  получил  возможность  заниматься  в  музыкальной  школе, поначалу  ему  было  действительно  трудно, но  вскоре  его  золотые  пальцы  приспособились  быстро  находить дырочки  и  зажимать их. Часто  после  уроков, пока  Анна  Васильевна  еще  не  приходила, Глеб  имел  возможность  сидеть  на  скамейке  в  городском  парке. Он  слышал,  как  приятно  шумит  в  ветвях  ветер, даже,  казалось, как  падают  снежные  хлопья. Он  не  видел  серого, подернутого  мутной  поволокой  неба, но  ощущал  его  всем  своим  естеством.

В  тот  день  воспитательница  сильно  задержалась, и  Глеб, спрятав  замерзшие  руки  в  карман, безмолвно  стоял, облокотившись  об  обледенелый ствол  молодого  дуба. Вдруг  он  ощутил, как  кто-то  коснулся  его  ноги. Глеб  беспомощно  вытянул  руку  вперед: что-то  сырое  и  теплое  тронуло  его  пальцы. Глеб  принялся медленно  ощупывать  существо, это  была  собака.

-          Что  малыш, тоже  одиноко?

Пес  тихо  заскулил, ведь не часто  его  спрашивают, хорошо  ли  ему  живется, все  больше  пинают  и  прогоняют. Глеб  ласково  погладил  собаку  по  голове, а  та  преданно завиляла  хвостом  и, встав  на  задние  лапы, лизнула  его  в  лицо. Глеб  зарылся  пальцами  в  мохнатую  шерсть  своего  нового  знакомого  и  стал  понемногу  согреваться.

-          Знаешь, мне  тоже  плохо! Я  даже  не  могу  увидеть  тебя, а  так  хочется. Ты  небольшой, да, ты  пушистый? Флейта! Великолепное  имя, не  так  ли?

Пес  громко  рявкнул  и  снова  лизнул  Глеба.

Анна Васильевна  долго  извинялась, что  заставила  Мальчика  так  долго  ждать.

-          Ничего! Зато  теперь  я  нашел  себе  друга!

-          Какого?

-          Да, вот, собака. Его  или  ее  зовут  Флейта.

-          Это  мальчик, Глеб, но  ведь  ты  же  знаешь  правила: никаких  собак  в  детдоме, зараза  и  все  такое.

Воспитательница  махнула  рукой  на  собаку, и  та  надрывно  заскулила. Видно  нередко  на  нее  не  только  замахивались, но  и  били. Однако  всю  дорогу  Флейта  окольными  путями  следовал  за  Глебом, и  уже  у  самых  ворот  подбежал  к  нему  и  снова  лизнул  в  холодную,  скрюченную  руку.

-          Нет, простите  меня, Анна  Васильевна, только  никуда  я  без  Флейты  не  пойду. На  улице  ужасно  холодно, он  замерзнет, ну  хотя  бы  на  сегодня.

-          Нет, я  не  могу  нарушать  предписанный  устав.

-          Я  не  пойду  без  него.

-          Не  глупи, малыш. Ты  всегда  был  рассудительным, что  с  тобой?

Анна  Васильевна  поднялась  на  заснеженные  ступени, ожидая, что  Глеб  последует  за ней, но  он  продолжал  стоять  рядом  с  собакой, виляющей  хвостом, и  трепал  ее  за  ухом.

-          Пожалуйста! – и  впервые  на  лице  мальчика, который  всегда  терпеливо  сносил  все  обиды, появились  слезы, - пожалуйста, он  замерзнет. Все напряжение  дня, все  его  мучительные  мысли  о  жизни, которой  он  не  чувствует  и  о  матери, которой  не  имеет, выплеснулись  в  неудержимом  потоке  сверкающих  в  свете  фонарей  слез.

-          Ну, ладно, Глеб, миленький, не  плачь! Не  плачь, дружочек! Но  только  на  эту  ночь.

Однако  вопреки  всем  угрозам  начальства  и  недовольству  других  воспитателей  Флейта  каждую  ночь  оставался  в  детдоме  и  спал  у  кровати  Глеба. И  постепенно  мальчик  с  собакой-повадырем  стали  привычной  и  незаметной  частью  суровой  картины  города. Они приходили  в  парк, и  Глеб  играл  для  своего  друга  на  флейте, а  пес  подвывал. Нередко  вокруг  них  собиралось  много  людей, которые,  задержав  дыхание,  слушали  тоскливые  звуки  флейты, бередящей  в  душах  незажившие  раны. Но  Глеб  никого  не  видел, а  Флейта  лежал  возле  его  ног  и  горделиво  поглядывал  на  окружающих, которые  совсем  недавно  его  гнали  прочь. Флейта  провожал  Глеба  в  музыкальную  школу, освободив  от  этой  обязанности  Анну  Васильевну, они  вместе  гуляли  по  улицам. А  ведь  никто  никогда  не  учил  Флейту  быть  поводырем. Но, нет. Он  стал  для  мальчика  не  только необходимыми  в  этом  мире  глазами, но и его  близким  другом, его  сердцем  и  душой. Нередко  поздно  по  вечерам Глеб  сидел  на  холодном  плиточном  полу, и, прижав  к  себе  Флейту, тихо  плакал. И, казалось, что  Флейта  был  в  состоянии  понять  всю  печаль  и  страдания  мальчика. Он  подпихивал  сырым  носом  руку  мальчика  и  прижимался  к  нему, доказывая  тем  самым, что  он  здесь, рядом, не  бросил  его, не  предал. А рано  утром, когда  Глеб  после  ночных  переживаний  спал  крепким  сном, Флейта  отправлялся  на  прогулку. Он  почти  всегда  приносил  Глебу  какие-нибудь  старые  игрушки, найденные  на  помойках, крышечки, баночки, наивно  полагая, будто  эти  штучки  способны  осчастливить  мальчика. И  Глеб  действительно  был  счастлив, видя, как  старается  для  него  друг.

Но  однажды, когда  Флейта  вернулся  с  очередной  прогулки, Глеба  не  было  в  спальне, его  постель  была  убрана. Пес  пошарил  носом  под  кроватью, залез  в  шкаф, но  не  нашел  никаких  вещей. Его  собачье  сердце  заныло, с  минуту  он  тупо  смотрел  на  оставшиеся  стоптанные  тапочки. Он  быстро  выбежал  из  детдома, пройдя  по  многочисленным  узким  коридорам. Флейта  побывал  в парке, возле  музыкальной  школы, но  Глеба  нигде  не было, даже  на  далеком  пустыре, о  котором  знали  только  они. Пес  терялся  в  догадках, куда  мог  деваться  его  друг. Поздно  вечером  он  вернулся  к  детдому, но  его  не  пустили.

Мороз  крепчал, яркие  звезды  высыпали  на  ночное  зимнее  небо, окружая  полную  луну. Флейта  улегся  прямо  на  снег  в  надежде, что  Глеб  сейчас  выйдет  за  ним. Но  никто  не  выходил. Холод  пробирал  до  самых  костей, и  Флейту  трясло, как  в  лихорадке. Его  уставшие  за  день  лапы  сильно  ныли. Однако  он  терпеливо  ждал, ждал  всю  ночь. Где  же  он?

Лишь  только  взошло  солнце,  Флейта  побежал  в  парк, он  долго ходил  вокруг  дерева, пытаясь  учуять  знакомый запах, но  все  его  попытки  были  тщетны, и он вернулся к детскому дому. Судорожно  Флейта  прислушивался  к  каждому  звуку, издаваемому  хрустящим  под  ногами  людей  снегом. Ему  даже  показалось, что  он  слышит  флейту. Мимо,  быстро  семеня  ножками  пробежала  Анна  Васильевна, на  секунду  она  задержалась и  кинула  проголодавшемуся  псу  остатки  колбасы, но  Флейта  не  взял  ее, а  жалобно, как  плачет  ребенок,  заскулил. Вероятно, Анна  Васильевна  не  нашла  нужным  объяснять  собаке, куда  подевался  Глеб, она  лишь  пожала  плечами  и  плотно  затворила  ворота. Флейта  медленно  поплелся  вдоль  забора. Вдруг  его  нос  почувствовал  знакомый  запах, он  громко  гавкнул  от  радости. Нюх  привел  его  на  помойку, где  среди  прочей  грязи  валялись  стоптанные  тапочки. Впервые  в  жизни  Флейта  не  знал, что  ему  делать. Он  устало  лег  на  ледяной  снег, зажав  между  лапами  один  тапок, и  из  его  карих  глаз  полились  слезы. Собаки  не  плачут -  возразите  вы. Нет, он  плакал. В  его  сердце  было  столько  горечи, в его  глазах  было  столько  печали, что  в  этот  момент  он  больше  походил  на  брошенного  всеми человека.

С  тех  пор  Флейта  день  и  ночь  сидел  то  возле  музыкальной  школы, то  возле  детдома, то  возле  молодого  дуба. И  никто  не  мог  понять, что  он  чувствует, как  ему  тяжело. Да, он  всего  лишь  собака, но  и  он  способен  любить. По  вечерам  он  смотрел  на  небо  и  пытался  выводить  все  те  мелодии, которые  Глеб играл  на  флейте. При этом  его  глаза, о Боже, эти  глаза! Его  сердце  разрывалось  на  части, ему  хотелось  только  одного – умереть! Нет, никогда, он  обязательно  найдет  Глеба.

В  тот  день  Флейта  совсем  ничего  не  ел, обессиленный  он  лежал  возле  скамьи, обняв  единственную  его радость – старый  тапочек. Вдруг    до  его  слуха  донеслись  отрывистые  звуки  флейты. Они  то   исчезали, то  появлялись  с  новой  силой. Пес  никак  не  мог  поверить, за  последнее  время  ему  так  часто  казались  эти  звуки, что  теперь  он   уже  отказывался  воспринимать  их. Нет, он  никуда  не  пойдет.  Сколько  раз  он  уже  обегал  парк  и,  в  конце  концов,  понимал, что  это  всего  лишь  игра  воображения.  Но музыка  звучала так  отчетливо! Вдруг  он  увидел, как, зажав в  руке флейту, к  нему на ощупь  идет  мальчик. Пес  вскочил  на  ноги  и  со  всей  силы  бросился  на  Глеба. Он  чуть на  свалил  его  в  сугроб, и  облизывая  его  лицо, ощутил  соленый  вкус  слез. Глеб до  боли  сжал  Флейту  в  своих  объятиях, и  не  сдержался:  зарыдал  в  голос.

-          А  ведь  они  обещали, что  привезут  тебя, и  директор, и  Анна  Васильевна! Флейта, миленький! Меня  усыновили. Да  где  тебе  понять!

Конечно  пес  не  понял его  слов, но  внутренне  ощутил, что  что-то  изменилось. Он  замер, пристально  глядя  в  слепые  глаза  Глеба.

-          Когда  они  узнали, что  я  люблю  тебя, что  я  не  могу  без  тебя  жить. Флейта,  в  общем, мои… Они  решили  взять  тебя  к  нам, и  очень  злились, почему  им  не  рассказали  о  нашей  дружбе. Они  хорошие. Только  не  пойму, зачем  это  они  меня  слепого  такого  взяли. – Глеб  крепко  прижал  Флейту  к  себе  и зарылся  носом  в  его  пропахшей  псиной  шерсти. И  Флейта  понял, что  он  нужен, нужен  ему, Глебу. Он  завилял  хвостом  и  потерся  своим  холодным  носом о  теплую  ладонь  мальчика.

-          И  еще  знаешь. Они  говорят, что  я  буду  видеть, что  мне  сделают  дорогую  операцию, что  я  увижу  свет  своими  глазами. Но  ты  мне  все  равно  очень  нужен, малыш. Тебе  ведь  одиноко  без  меня? Я  люблю  тебя!

Флейта  не  понимал, что  ему  пытается  объяснить  Глеб. Но  чувствовал, что  его  друг  счастлив, и он  тоже  был  счастлив. Глеб  приложил  флейту  к  губам  и  заиграл. Он  играл  так  проникновенно  так  искренне, а  пес  сидел  и  слушал  его. Потом  Глеб  надел  на  Флейту  новый  ошейник, и  они  медленно пошли  по  обледенелой  дорожке, слепой  и собака-поводырь.

февраля 2001 года.

kalibris

Потрясающе!!!!!!!!!!

у меня нет слов плачу

Валисий

  Впечатляет! А коментов мало, только потому, что многим читать всё это лень, от величины объёма текста, попавшим в их глазки.  Правда, ,,,   Мои ребятки, а их трое, читали "Дети подземелья", и каждый раз, по-разному.  Очень здорово, я не литератор, но , что нописано пером, не вырубить попором...

Изречение моего отца- " Раньше, гусиным пером, писали вечные мысли, а сеёчас. вечным пером, пишут гусиные...  )цветыТак-что  всё очень прекрасно и написано,  действительно, гусиным пером. Молодец! 

Erby

Спасибо большое! Приятно, что вам понравилось!

лар

Спасибо за комментарий. Зашла на вашу страницу и зачиталась. Если это вы сочиняете- вы гений. Рассказ флейта так тронул мою душу .что я даже плакала и главное- какой прекрасный финал. Короче я в восторге.

Erby

Спасибо большое за ваши теплые слова!!! цветы

Помощник сайта

Вы забыли указать автора картины, которую использовали для иллюстрации. Калын Татьяна "Мальчик с флейтой"

Erby

Простите, пожалуйста, укажу!

гость Ольга

Душевно, глубоко. Огромное спасибо!